Даже у берега море Факелов не имело и намёка на мелководье. Статные фрегаты уходили под воду и падали на глубину целиком, никак не мешая продвижению следующих кораблей. Зато наращивать пузыри на замусоренном днище стало не в пример сложнее. После нескольких дюжин потопленных суден, следующие попытки всё чаще терпели неудачу. Корабли качались на волнах и стряхивали матросов в воду, но оставались на плаву.
Нэйприс прикусила губу.
— Прекратить создание пузырей. Их уже слишком много. Пусть готовятся ко второму…
Море вдруг вспыхнуло, и мир замер. Летар отчётливо видел, как медленно разрастается огненное облако, пуская обжигающие корни в пространство вокруг. Как корабельные маги не успевают отреагировать, и сила взрыва разрывает их на кусочки. Как обломки кораблей искрами небесных огней ударяют ввысь. Ударная волна достигла и стены, циклопическим кулаком врезав по древнему камню. Каменными брызгами разлетелись тонкие смотровые башни, укрепления пошли трещинами, редкие защитники устояли на ногах.
— Дьявол, — шёпотом помянула Нэйприс олицетворение зла, словно увидев его лик в огне, и вцепилась в перила.
А тем временем из тучи поднятого дыма проявился летучий город и навис над альмунской гаванью.
***
Нирэйн стоял у опустевших императорских конюшен, где прежде содержались лучшие кони со всего материка. Большая их часть приняла смерть в море вместо с прежним хозяином, остались лишь те, кого Ульф не пожелал брать с собой. Но даже худшие кони производили должное впечатление. Макушка Нирэйна едва равнялась с их холками, мощные спины могли выдержать и пятерых всадников, все как один с буйным норовом.
Прислонившись к стене, Нирэйн с интересом наблюдал за ритуалом водружения полного командирского доспеха на Найррула, которому с этим делом помогал новообретённый оруженосец. Паренёк очень старательно одевал своего лорда, тщательно проверяя каждый крепёж и сочленение по нескольку раз. Мужественное лицо Найррула сохраняло поразительное спокойствие — он казался каменным изваянием, а не человеком.
"Неужели он действительно настолько невозмутим?" — подумалось Нирэйну, к лицу которого приклеилось лёгкое ироничное выражение, вовсе не выдающее реальных переживаний.
Оруженосец взял в руки последнюю часть доспеха — шлем с золотистым плюмажем. Эта деталь снаряжения тут же перешла к Найррулу, аккуратно взявшему её подмышку.
Блестящее серебристое обмундирование на нём производило неизгладимое впечатление.
— Будь у меня такой щегольский доспех, я бы брал наскоком не строй противника, а женские сердца, — бросил Нирэйн подначку своему младшему братцу.
Уголки губ того дрогнули, но большей реакции не последовало.
— Ты уверен, что стоит это делать, Найррул? — уже беспокойнее спросил Нирэйн. — У нас есть и другие командующие.
Он не стал говорить "поопытнее", потому что реального боевого опыта ни у кого из ныне живущих не осталось. А вот Найррул рос на рассказах ветеранов и книгах о военном искусстве.
Бритвенно-острый взгляд Найррула пресёк пораженческие речи.
— Кто сможет в пылу боя поднять авторитет нашей семьи лучше чем я? — отбил он удар рациональным мечом, а затем добавил романтическим: — Смирись, я собираюсь наконец исполнить свою мечту. Одержать верх над врагом Синномина и нашей семьи. Разбить его так, что нам не понадобится портал. А когда ты там исполнишь свою?
Нирэйн увернулся:
— Шанс упущен. Я уже не назову Ульфа лишайной свиньёй, глядя ему в глаза.
Найррул всё же исторг из себя пару нервных смешков и повёл плечами, осваиваясь с доспехом.
— Ты знаешь, о чём я.
— Да? — наигранно удивился Нирэйн.
— Ты не хочешь присоединиться ко мне в бою, — Найррул вздёрнул подбородок, отпугивая любопытно покосившегося оруженосца.
— Я боюсь, — отмахнулся старший брат.
— Ты? Боишься? Человек, погнавший карету на дракона?
— Поцелуй-ка меня в зад, — кисло прервал его Нирэйн. — Будь моя воля, ты бы тоже боялся и сидел во дворце, ожидая портала. А мечту мою не трогай, даже я её не до конца понимаю.
— Это верно, — хмыкнул Найррул. — Ладно. Передай Лессе, что, я вырву имперский трон из хищной пасти Края, взамен пропихнув им в глотку свой кулак.
Латная перчатка ощутимо хрустнула, наглядно иллюстрируя данное только что обещание. Найррул забрался на коня и нацепил шлем.
— Стой, — Нирэйн отвёл взгляд и выдохнул, решившись попробовать переубедить брата. — Ты понимаешь, что это попросту бессмысленно? Устраивать вылазку на превосходящие силы, у которых с собой даже осадных орудий нет? Они не попадут в город.
Забрало откинулось, и в Нирэйна впилась пара холодных зелёных глаз.
— Бессмысленно сбегать из города, где останутся нуждающиеся в тебе люди, братец. Так что я займусь западниками у ворот, а на вас сволочь в воздухе и на воде.
Нирэйн не придумал, что можно на это ответить, и Найррул помчался к городским воротам. Чем ближе он оказывался к своей цели, тем гуще становились потоки людей вокруг. На месте его ждала маленькая конная армия. Удушливый запах лошадиного пота щекотал ноздри, но это было малой платой за такое войско. Лошади давали огромное преимущество для внезапной и сокрушительной атаки, что было решающим фактором в грядущей вылазке.
— Стройся по ширине ворот! — проревел Найррул так, что его наверняка услышали даже в центре города. Сам он сместился во главу колонны и быстро отыскал своего связного мага.
Несколько минут ушло на боевую формацию. Найррул созерцал своё великолепное войско в движении. Чего-то не хватало. Чего же? Довольно быстро ему в голову пришёл ответ.
Найррул развернул коня.
— У нас много врагов. Край. Гарпии. Даже эльфы! Мы столетиями защищаем родину от заморских ублюдков, и это въелось в нас, в наших предков. В нашу землю. В наш воздух, — заговорил Найррул рублёными фразами, обращаясь к простым солдатам в своей армии. — Клянусь, даже молоко моей матери было солоно от крови захватчиков!
Одобрительный смех прокатился по строю волной от старых офицеров к нервному молодняку. Найррул улыбнулся, продолжив:
— Сегодня! Над полем боя воспарят солнечные стяги Синномина. Сегодня! На нас ринутся орды, и вокруг станет темно хоть выколи глаз. Но мы не отступим от нашей природы! Как волк не бежит от зайца, так имперец не бежит от сражения! Так займёмся же делом! Открыть ворота! Вперёд! В бой!
— В бой! — поддержали голосистые сержанты.
— В бой! — взревела толпа.
— В бой! — прокричал Найррул в унисон с громыхнувшими воротами и помчался на врага.
И в тот же миг на приблизившиеся к Альмуну порядки Края обрушился полыхающий дракон. Западные войска разрозненными толпами бежали навстречу бронированному кулаку конных войск империи. Кто-то из западников нёс на плечах лестницы для штурма стен, кто-то просто пытался убраться подальше от древнего монстра.
Пока маги Края пытались усмирить зверюгу, со стены города прогремел пушечный залп. Этого хватило, чтобы остатки боевых построений канули в хаос. А спустя несколько секунд первые ряды замешкавшейся пехоты начисто смело мощным ударом конного клина. Конница не только не замедлила ход, перемолов несколько сотен человек, но даже не повредила формацию — клин продолжил мчаться вперёд под грохот стрел, барабанящих по тяжёлым доспехам без всякого эффекта.
Израненный дракон поднялся в воздух, и две армии с ошеломляющим грохотом столкнулись. Деморализованное внезапным ударом войско Края, и несущаяся со скоростью ветра орда имперской конницы. Найррул умело орудовал пикой в самой гуще схватки, где земля настолько сильно пропиталась кровью за первые минуты, что лошадиные подковы рисковали проржаветь к концу боя. Повсюду, куда мог дотянуться быстрый оценивающий взгляд Найррула, бурлила нещадная бойня, пока что без перевеса в чью-то пользу — у Края изначально было втрое больше людей.
Постепенно руки его тяжелели, надломленную пику Найррул выкинул, а длинный меч казался неподъёмным. Каждый раз проталкивая его в гремящую стену чужих щитов и мечей, Найррул невольно рычал от физического перенапряжения. Но залитые кровью глаза видели, что от легкобронированных отрядов врага, а значит и от быстрой победы, его отделяла всего лишь пара рядов сплошной стали. И эти ряды всё никак не хотели таять, упорно выигрывая драгоценное время для лёгких лучников, арбалетчиков и магов.