— Вы хотите сказать, Николай Михайлович, что все это время в городе и районах области действует одна и та же банда? — уточнил генерал.
— Да, как версия, Владимир Ильич. Вспомните: наших ребят убили именно из обреза, обрез всплывает и в случае с Дунцевым, при ограблении колхозных касс.
— Ну, как версия, годится. — Генерал был, несмотря на свой чин и высокое положение, мягким человеком, работа в милиции не ожесточила его, не приучила давить на подчиненных, заставлять их думать так, как думает он. В милиции, как и в любом другом учреждении, есть специализация, а спец всегда знает больше любого руководителя, Тропинин это помнил.
— Только непонятно… с инкассаторами, на Дмитровской… — продолжал он в раздумье. — Другие участники группы никак не проявились. Никто же других людей у магазина не видел. Или хотя бы там, на Репина, Артуровской…
— Мы не знаем их замысла, Владимир Ильич.
Возможно, планировалось, что этот, нападавший, убив инкассаторов, даст возможность другим беспрепятственно подбежать к «УАЗу», схватить деньги. Сообщники могли ждать где-то поблизости, возможно, их машина стояла вот здесь, на Дмитровской, напротив школы, — Васильев положил перед генералом нарисованную от руки схему. — Может быть, тачку они поставили вот тут, за забором… Надо сказать, что и время, и место нападения на инкассаторов преступники выбрали грамотно — путей отхода здесь много, удобно скрываться. Но у них что-то сорвалось, не вписалось в план, какой задумали. Видимо, нападавший упустил момент, на две-три секунды вышел из телефонной будки позже, чем следовало по замыслу.
Инкассатор уже успел сесть в машину, захлопнул дверцу. Ну, дальнейшее вы знаете. «УАЗ» был заблокирован и телом водителя, и запорами изнутри.
Задние дверцы не открывались, доступа к мешкам с деньгами преступник не получил. Время было упущено, и банде ничего не оставалось, как сматываться. Вполне допускаю, что нападавшего машина ждала на Ленинской, вот тут, у хозяйственного магазина, и машина эта двинулась к Чернавскому мосту, к дамбе, навстречу опергруппам из Управления и Левобережного РОВД… Дерзко, нахально, но это самый выигрышный вариант.
— Может быть, может быть, — думал вслух генерал. — Продолжайте, Николай Михайлович.
— Мы проводим сейчас ряд криминалистических экспертиз, Владимир Ильич, я хочу убедиться прежде всего по оружию — что за стволы у этой банды.
— Вы все же думаете, что это действует одна и та же группировка?
— Думаю. Почерк схожий, Владимир Ильич.
Оружие — одно и то же: обрез, теперь пистолеты.
Выбираются примерно одинаковые объекты нападения.
— Ну, объекты все преступники выбирают схожие, — возразил генерал. Как и мотивы преступления: быстрое обогащение. Потому и нападают на кассиров, инкассаторов… Им кажется, что это самый короткий и надежный путь. Рискованный, да, они это очень хорошо понимают, и тем не менее… Что ж, Николай Михайлович, разрабатывайте эту версию. Может быть, действительно одни и те же сволочи действуют.
— Я бы предложил и другие версии, товарищ генерал, — сказал Сидорчук, когда начальник управления снова перевел на него взгляд. — Думаю, не стоит нам отказываться и от мысли о возможности нападения на инкассаторов их сослуживцев…
— А почему нет? — согласился Тропинин. — В жизни всякое может случиться. Цель нападения тут ясна, завладение деньгами и оружием инкассаторов. Человек, хорошо знакомый с их работой, с графиком инкассации… Да, как версия, годится, Алексей Иванович. Хотя интуиция подсказывает мне, что сработали тут не бывшие инкассаторы или действующие сослуживцы потерпевших. Скорее люди извне, из той же банды, о которой докладывал Николай Михайлович.
— Мог быть и одиночка, товарищ генерал. — Сидорчук высказал это мнение, но что-то в голосе его особой уверенности не было. Да и практика говорила о том, что на инкассаторские машины, как правило, нападают все же группы из двухтрех человек.
Тропинин вздохнул:
— Мог, конечно, но маловероятно, Алексей Иванович. Представьте другую ситуацию: водитель был сразу убит, нападавшему удалось проникнуть в машину, взять мешки с деньгами. И куда бы он с ними двинулся?.. Разгуливал по городу?
Сама логика заставляет преступников как можно быстрее скрываться с места преступления, заметать следы. А тут без машины не обойдешься…
Да, скорее всего действовала банда, была где-то машина… Надо искать. Торопите криминалистов, Николай Михайлович, — снова обратился генерал к своему заместителю. — Художника попросите побыстрее сработать, информационную службу. Если надо, я вмешаюсь.
— Не нужно, Владимир Ильич, — возразил, поднимаясь, Васильев. — Люди работают, я держу на контроле. И здесь, в управлении, и опергруппы в городе. Отрабатываются все, схожие по фотороботу. Мы с Алексеем Ивановичем на острие событий.
— Хорошо, свободны, — генерал потянулся к настойчиво звавшему его телефону. — Доложите мне потом, как только будут результаты у баллистиков.
…Баллистическая экспертиза показала: в инкассаторов стреляли из пистолетов Макарова, которыми были вооружены милиционеры Косарев и Кривцов. Это их оружие.
Обрезы — тот, из которого убили старшину и сержанта, и тот, что на руках у банды, действующей в районах области, — разные.
Со слов очевидцев преступления (их оказалось семнадцать) составлены композиционные и рисованные портреты нападавшего.
Фоторобот был сейчас же растиражирован: физиономия, отдаленно напоминающая Павла Волкова, появилась в информационных выпусках местного телевидения, в газетах, на стендах «Их разыскивает милиция», у оперативного состава и постовых милиционеров.
Оперативники расставляли вокруг Койота красные флажки.
Но пока что они стояли довольно далеко от того места, где обитал Койот.
Прокуратура Левобережного района города возбудила по факту нападения на инкассаторов уголовное дело, но когда стали известны результаты баллистической экспертизы, областная прокуратура забрала это дело в свое производство.
Дела об убийстве милиционеров и нападении на инкассаторов были объединены в одно, под общим номером.
Возглавила группу следователей и оперативных работников УВД следователь областной прокуратуры по особо важным делам старший советник юстиции Эмма Александровна Крайко.
В группу вошли следователь прокуратуры Валентин Костенкин, а также подполковник милиции Алексей Иванович Сидорчук со своими людьми.
…Некоторое время спустя, когда горячечный запал сыщиков поубавился, когда необходимые и неотложные следственные действия были выполнены, а результаты по установлению убийцы (или убийц) милиционеров и инкассатора попрежнему оставались на нуле, когда стало ясно, что, видимо, управлению внутренних дел области не справиться с тяжкой задачей, у генерала Тропинина состоялся важный разговор с другим генералом — Николаевым, начальником управления ФСБ. Надо понять чувства милицейского генерала, идущего на поклон к коллеге-сопернику, люди которого также теперь занимались борьбой с организованной преступностью, стать на место начальника областного УВД, который страдал вдвойне: из-за убитых подчиненных и из-за того, что своими силами, увы, милиция не смогла раскрыть это преступление, на которое теперь наложилось другое, не менее зверское, с применением ми лицейского оружия.