— В тебе нет ни капли человеческого, — прошептала я, глядя в открытое окно, как будто могла вернуть Арта, повернуть время вспять и замедлить события, подумать и сделать все по-другому.
— А теперь слушай сюда, — он схватил меня за плечи и наклонил над окном, как моего котенка минуту назад. Я видела высоту, и холод поселился у меня в животе, — если ты еще раз что-то наплетешь Косаревой, я сам лично разобью тебе губы в кровь, связав тебя по рукам и ногам, — слезы потекли из глаз непрерывным потоком. — Кивни, если поняла меня, — он держал мои руки за спиной и не давал сдвинуться с места. Я не смотрела вниз, чтобы не заработать себе еще и акрофобию.
И кивнула, но потом набрала в легкие воздуха и сказала:
— Твоя месть превратилась в жгучую ненависть, которая ослепила тебя. Ты не задумываешься ни о чем, кроме того, как похуже отомстить. И тем самым эта месть превратилась еще и в зависимость.
Кирилл на секунду замер, а потом прошептал мне на ухо.
— Ты знала, что провоцируешь меня, судя о моих же действиях?
Я дернулась в сторону, и Кирилл отпустил мои руки, отходя в сторону и довольно улыбаясь.
— А потом ты говоришь, что я не знаю тебя, — я ощутила засыхающие дорожки слез у себя на щеках и в последний раз посмотрела в окно перед тем, как…
После этого я пошла на крышу, поднявшись по аварийной лестнице. Солнце тут же ослепило мне глаза, а ветер из-за высоты раздул волосы. Я села на край, свесив ноги, и глядела в сторону уже опускающегося солнца. Мне не хотелось абсолютно ничего. Ну, разве что одного спокойного дня. Вдруг я услышала шаги и сразу обернулась — ко мне подходил Кит, откуда-то узнавший, что я нахожусь здесь.
— Не боишься, что тебя могут поймать? — он сел в метре от меня и тоже свесил ноги.
— Мне плевать, — ответила, щурясь от солнца.
Он немного помолчал, а потом выдал:
— Я подрался с Кириллом, — и только сейчас я посмотрела на его лицо — на нем была жалость. — Я знал, что он что-то замышляет уже сначала недели, но не мог понять, что именно.
— Дай отгадаю, и когда узнал… — начала я, жалко усмехнувшись, но меня перебили:
— Я просто сказал ему, что он зашел слишком далеко. Ну, думаю, ты уже знаешь, что он никому не верит, — он вздохнул, проведя ладонями по джинсам.
— Да, знаю. И даже очень хорошо знаю, — я подняла голову и посмотрела на синее небо без облаков. И причина, почему Никита подрался с Кириллом, была очевидна. Кирилл просто не соображает, что делает, а Кит пытается его вразумить, но делать это — вредить самому себе.
— Тогда, вероятно, ты знаешь и о том, что с ним связалась Вика? — он посмотрел мне в глаза. Я отвела взгляд, обдумывая его слова.
— Допустим.
— А ты в курсе, что она попыталась отказаться от всего этого? — он сделал круг пальцем в воздухе.
Я не могла понять, зачем Вике нужно было это все? Зачем связываться с ним, зачем потом осмысливать все и пытаться уйти?
— И он не дал ей этого сделать, — я посмотрела вдаль и вздохнула.
Кит ответил мне кивком и тоже посмотрел на солнце, щурясь от его лучей.
— Прости, я не могу больше не говорить тебе об этом, но пообещай мне кое-что, — он неожиданно повернулся ко мне и серьезно попросил.
— Пообещать что? — не поняла я.
— Что больше не будешь оставлять окно в комнате открытым, когда будешь уходить в школу, — я посмотрела в его глаза — ярко зеленые — и не увидела и капли насмешки. Он говорил абсолютно серьезно.
— Хорошо, — я посмотрела на его руки, растегивающие молнию на портфеле. — Обещаю.
А потом он вытащил и показал мне… моего Арта? Мои глаза наполнились слезами, и я скорее потянула к нему руки. Котенок испуганно смотрел на меня, но поняв, что я — та самая — прижался ко мне теплой спинкой.
— Он сказал, что ты не закрыла окно и, оттуда выбрался он, — Кит улыбнулся и указал пальцем на Арта в моих руках, — потом я узнал, что Кирилл собирается делать, но мои слова на него не подействовали. И тогда, когда вы были на третьем этаже, я спустился на второй и подставил портфель снаружи окна. Через несколько минут котенок попал туда, а я просто скинул пенал вниз. Думаю, он поверил, что, и правда, сделал это с ним.
Я гладила Арта, а по моим щекам катились слезы, которые я никак не успевала стереть. Посмотрев на добрые глаза Никиты, я сказала:
— Спасибо тебе огромное. Я уж думала, в этом месте больше не осталось добрых людей.
Он улыбнулся и протянул ко мне руку, помогая встать. Я взяла ее и поднялась. Кит опустил мне руки на плечи, отчего я немного напряглась, и проговорил: