Первое время ничего экстраординарного не происходило, только красный огонёк, чётко видимый на развёрнутом экране, стал медленно, но неуклонно догонять временного лидера. Если смотреть поверхностным взглядом, то все действия Нирола были неверными, непредсказуемыми, иногда даже парадоксальными. Он, то замирал на малую долю секунды, то делал резкие рывки влево, вправо, назад, что уж совершенно было не понятно, но всё же все эти манёвры приводили к тому, что красный слэт уверенно оставлял соперников за кормой. Некоторые гонщики пытались повторить эти манёвры, но их слабые потуги создавали лишь помехи, как им самим, так и соперникам.
Девушки увлечённо наблюдали за происходящим, иногда комментируя вслух, пытаясь найти логику в действиях Нирола, когда услышали ехидное хмыканье Айери.
— Что? — Ириана на мгновение оторвалась от гонки, мельком взглянув на парня, заметила его презрительную гримасу.
— Сирнол занервничал, — пояснил Герин. — Видите?
Действительно, в движениях синего слэта, исподволь, почти незаметно, стали проявляться резковатые рывки. Создавалось впечатление, что Дерек пытается методом проб и ошибок нащупать единственно верный ритм движения.
— И так на каждой гонке, где есть Варадан, — продолжал пояснять Айери. — Если Нирола нет, то Сирнол прёт напропалую, не взирая на препятствия, которые обходит по самой выгодной траектории, стараясь просто прийти первым. Но уж если на старт вышел его главный враг, то у Дерека словно в мозгу начинают пропадать все разумные мысли и доводы. Он начинает дёргаться, стараясь предугадать каждый следующий ход соперника. Но, как всегда, напрасно. Нирол обставляет его как мальчишку. И тот вторым приходит только за счёт упорства и иногда лёгкой подлости.
— Подлость не бывает лёгкой, — поморщилась Яна. — Она либо есть, либо нет.
— А в чём она выражается, — не удержалась Ириана.
— Иногда подрезать или резко обрушить вход в подгорный переход… Да разное бывает… — скривился Айери.
— Изолировать его надо от нормальных людей, — сквозь зубы бросила Яна. — Но вы же добренькие.
Герин не ответил. Но девушки и не ждали.
Тем временем вся масса гонщиков втянулась в разлом между горами и начала рассыпаться по переходам, стараясь найти наиболее выгодный. Красная точка двигалась без суеты, изредка замирая перед чёрной дырой прохода, словно рассуждая нырнуть туда или нет. Чаще всего решение было положительным, и яркий слэт стремительно нырял, чтобы через непродолжительное время очутиться на краткое расстояние ближе к конечной цели. Синяя точка старалась повторять манёвры соперника, но всякий раз опаздывала на несколько мгновений, отставая всё больше и больше, держась всё же в большом отрыве от основной массы.
Внезапно Айери вскрикнул и стремительно бросился к переходу на свой слэт. Девушки недоуменно смотрели на огромный экран, который показывал им, что на весь горный массив, выделенный для гонок, плавно, но решительно опускалась какая-то полупрозрачная мелкозернистая субстанция. Вот она достигла скалистых пиков, которые прорвали её, словно тонкую бумагу, клочьями осела в провалы и небольшие плато, а затем стремительно всосалась в камень. Задетые непонятным облаком гонщики продолжали мчаться, словно и не заметили случившегося. Яна прикусила губу, чтобы болью отвлечь себя от отчаянного желания рвануть вслед за Герином. Она почему-то понимала, что случилось что-то очень плохое, грозящее немалыми неприятностями именно Ниролу. Однако натренированная детдомовскими годами психика подсказала ей, что ничего она пока не узнает, только будет мешать тем, кто будет разбираться в происходящем.
— Мне одной кажется, что это новая неприятность для Нирола? — голос Ирианы был мрачным.
— Нет, — покачала головой Яна, не отрывая взгляд от разворачивающегося действия. — Ты права. Но давай посмотрим, что будет дальше.
А дальше слэт Нирола нырнул в очередной из подгорных проходов. И тот час все увидели, что камень внезапно стал крошиться и оседать, заваливая рукотворный тоннель. Через несколько секунд странный камнепад скрыл его так, что ничто не напоминало, что ещё совсем недавно в этом месте был вход в подземный лабиринт.