От его фальшивой вежливости меня тошнило. Подумать только, этот тип считает себя остроумным! Законченный мудак!
– Главное, не позволяйте ему третировать себя, – добавила Ирис, указав на мужа. – Жду вас в мастерской.
– Спасибо за предложение.
– Это приказ, Яэль.
Ирис не шутила, и в бизнесе она, должно быть, ведет себя жестко. Железная рука в бархатной перчатке. Потом она обернулась к Габриэлю:
– Встретимся за обедом? Попросить Жака заказать столик?
– С большим удовольствием, – ответил он, обнимая ее за талию.
Такие вещи обычно меня не трогают, но следует признать, что любовь этих двоих была осязаемой, она насыщала воздух электричеством. Они крепко поцеловались, как если бы расставались на несколько недель, и в какой-то момент мне даже стало неловко. Ирис неохотно оторвалась от мужа и направилась к выходу.
– Веди себя хорошо! – с хрустальным смехом бросила она.
Габриэль проследил за ней, а когда дверь закрылась, душераздирающе вздохнул.
– Ох… моя жена… Вам бы стоило брать с нее пример, Яэль.
Я предпочла промолчать.
– Ко мне в кабинет, поторопитесь! – приказал он, вдруг став серьезным.
Я пошла следом, села к столу напротив него. Он поглубже устроился в кресле, оперся щекой о ладонь и изучающе посмотрел на меня. Если он рассчитывал произвести на меня впечатление, ему это не удалось. Я положила ногу на ногу и с вызовом воззрилась на него.
– Мне не доставляет удовольствия работа с вами, – сообщил он.
– Скажите это Бертрану.
– Вы лучшая, и он это знает. И я это знаю.
Вот так так!
– Что ж, тогда нам придется как-то терпеть друг друга.
– Вы холодная, действуете как автомат, мрачная, непроницаемая. Я ни разу с нашего знакомства не видел, чтобы вы улыбались. Вам хоть изредка случается трахаться?
– Что… что вы себе позволяете? – закричала я, срываясь с места.
Он довольно ухмыльнулся.
– С другой стороны, если вы трахаетесь тоже как робот, мне жаль вашего приятеля!
Спокойно, Яэль. Он явно провоцирует тебя.
– Если вы нуждаетесь в моих услугах, ведите себя корректно. Мы здесь для того, чтобы обсуждать ваши переговоры, а не мою личную жизнь.
Его лицо стало серьезным, он оглядел меня с ног до головы. Я сжала кулаки, чтобы сдержать дрожь в руках.
– Мне жаль вас, Яэль. Честно.
Эти слова на мгновение сбили меня с толку, потому что я ему поверила.
– Можно совсем маленький совет? Добавьте немного страсти в свою жизнь, расслабьтесь, просто живите, и все наладится. А вы все равно останетесь лучшей. Теперь возьмите досье. Будут вопросы, свяжитесь со мной.
Он протянул стопку документов и встал из-за стола, чтобы проводить меня к двери.
– Было, как всегда, приятно пообщаться с вами, Яэль.
Он закрыл дверь. Я долго стояла на лестничной клетке, оцепенев, спрашивая себя, чем заслужила такое отношение. Я еле удержалась, чтобы не стукнуть ногой по стене – мне срочно требовалось хоть как-то разрядиться. Надо будет завести себе боксерскую грушу. Вчера на меня накинулись друзья. Сегодня этот мерзавец назвал меня фригидной и еще поучал, советовал подбавить страсти. Я увлечена своим делом, и этой страсти мне хватает. Больше ничего мне не нужно. У меня есть ровно две недели, чтобы доказать свою правоту. Габриэль извинится передо мной, когда завершит переговоры, я покажу ему, на что способна. Что касается друзей, возможно, они наконец-то поймут, что такое для меня агентство.
В последующие десять дней мне удавалось поспать так недолго, что я могла бы вообще не уходить из агентства. Я никогда не оставалась в офисе одна, поскольку Бертран, судя по всему, существовал в том же ритме. Он предложил, чтобы других моих клиентов временно взяли на себя коллеги, но я отказалась, потому что умею справляться с авральными ситуациями, а отдохнуть успею, когда все закончится. Мы мало разговаривали, в основном когда обсуждали дело Габриэля, в котором будем выступать тандемом. Нужно было изучить его досье до мельчайших подробностей, включая микроскопический абзац, завершающий предложения по контракту, – нам нужно все знать, все понимать и чтобы никакая закавыка от нас не ускользнула. Габриэль регулярно появлялся в агентстве, иногда по просьбе Бертрана, иногда по собственному почину, чтобы проверить, как мы продвигаемся. Между нами продолжалась холодная война: в ходе обсуждения, в котором участвовали все трое, мы с Габриэлем обращались друг к другу только по рабочим вопросам. Он больше не отпускал сомнительных замечаний, я же со своей стороны полностью сосредоточилась на документах.
В субботу около десяти вечера я сидела за своим столом, когда ко мне подошел Бертран.