Глава третья, в которой Рита осознает несколько прискорбных фактов, а Гася ломает историку нос.
- Ты уже передумала говорить? – чуть усмехаясь, спросила подруга.
Уроки закончились. И я, как нашкодивший котенок, приползла к кабинету истории. Разговаривать, значит… Но рука зависла в воздухе, не позволяя постучать в дверь. Я точно знала, историк там. Сидит, что-то заполняя в журнале. Он весь день ходил мрачный, словно туча.
- Ну, я же сказала ему на перемене, что зайду после уроков, - выдавила я. – Будет совсем уж хреново не появиться…
- Напомню, что твое «сказала» было писком на уровне ультразвука, когда ты проносилась мимо Артура Леонидовича на скорости, приближающейся к звуковой, - ехидно напомнила Ростова. – Хотя он все равно услышал…
- Вот именно, - насупилась я. Она вообще, на чьей стороне?
- Ну, я все еще могу включить пожарную сигнализацию, - пожала плечами Гася. – И ты сможешь сказать, что не пришла из-за этого…
Ясно, эта гениальная хомячиха все еще на моей стороне. Оно, конечно, радует… Но я должна решить это сама.
- Я пошла, - вдохнув, я сделала шаг. И снова застыла, будто парализованная.
Видимо Гале это надоело окончательно. И она, буркнув что-то о том, что не собирается стареть под дверью школьного кабинета, просто втолкнула меня внутрь.
Я, естественно, взвизгнув, запуталась в собственных ногах, падая на пятую точку прямо перед доской. Артур Леонидович удивленно оторвался от журнала, уставившись сначала на меня, а затем на Ростову, виднеющуюся в открытой двери.
- Это уличная магия, - провыла подруга, лунной походкой утекая из поля зрения. Я больше, чем уверена, что она ушла не далеко, притаившись и, как минимум, подслушивая.