Похромав к большому дубовому столу, открыла ящики в надежде найти там оружие. Однако кроме канцелярии и стопок с документами, для меня не оказалось ничего полезного. Со злостью, захлопнув ящик, осмотрела стол. В дальнем углу, лежал нож для открытия писем. И хотя подобное меня удивило, ведь в двадцать первый век, письмами пользовались очень редко, но при этом привело меня в восторг. Это был узкий нож, с красивой ручкой в виде волчьего туловища, переходящей в открытую пасть.
Наконец – то, есть хоть что – то!
- Что ты здесь делаешь, Алиса?
- Боже, - крикнула, отшатнувшись от стола. Мои ноги подкосились, от резкой вспышки боли. Кожаное кресло, подхватило мое тело, заставив утонить в нем. Схватив в руках нож, сглотнула.
- Тебе понравилось шпионить в моем кабинете? – спросил он.
- Лучше чем сидеть комнате, - огрызнулась я.
Он стоял, сложив руки на широкой груди, глядя на меня с ухмылкой на губах. Рубашка цвета вороньего крыла натянулась на мускулистых плечах. Простые мужские наручные часы, привлекли мое внимание. Это во многом отличалось от моего отца. Он не кичился покупать все, что стоило больше миллиона, привлекая тем самым к себе внимание, каким бы идиотом не был.
- Кажется, я разрешил тебе покидать комнату, - ответил он, направившись ко мне.
Сила в его шагах, заставила меня сглотнуть вязкую слюну. Спрятав нож в широких рукавах сарафана, натянуто улыбнулась.
- Спасибо за твою щедрость, но мне хотелось осм…
- Или украсть то, что тебе не принадлежит. Или что может покончить с твоей жизнью, в мгновение ока, - он кивнул в сторону моего рукава, где хранился нож.
Я сердито уставилась на него, поджав губы.
- Предлагаешь мне сидеть безоружной в незнакомом мне месте? Я даже не знаю, где нахожусь! – кричу.
Приподняв бровь, он спрашивает:
- Что тебе мешало спросить у горничных?
Я застываю, на мгновение, почувствовав себя идиоткой.
Внезапно Ноа оказывается передо мной, заставив меня испуганно ахнуть. Его огромное тело нависает надо мной, крепкие руки сжимают ручки кресла. Весь его вид говорит о желании убивать.
Нож в моей руке больше не кажется мне привлекательным. В случае чего, я не смогу им воспользоваться. Он сломает мне руки, прежде чем я успею, поднять ее.
- Ответь мне, Алиса. Кто – то, пренебрегает тобой?
- Что?
- Неужели, в твою хорошенькую головку не пришло, просить о помощи моих людей? – он склоняет голову, ожидая от меня ответа.
- Ты действительно думаешь, что твои люди помогли бы? – сощурив глаза, в неверие, глядя на него, - Твои люди преданы тебе.
- Всегда найдется тот, кто предаст меня, ради такой малышки как ты.
Я замираю на мгновение.
- С чего ты это взял? Я не стою того, чтобы жертвовать ради меня.
Взгляд Ноа становится жестче. Он оглядывает меня, спускаясь к моим губам.
На краткое мгновение, я представляю, каково это – поцеловать Босса Чикагской мафии. Ощутить его губы на себе, почувствовать, наконец, что означает быть поцелованной. Меня никогда не целовали и не прикасались ко мне с нежностью. Была лишь жестокость, которую потакал мой отец. Хотя была Курори и тот парнишка, но все меркнет с его взглядом ко мне. В них я вижу голод.
Меня охватила дикая смесь чувств, - любопытство, гнев, предвкушение. Гнев был направлен на саму себя. Моего наивного ожидания, что Ноа не причинит мне вреда. Ведь все это было такой глупостью.
Сердце остановило свой стук. Мои глаза остановились на полных, мужских губах, обещавших мне несравнимое удовольствие и боль. Боль что могла разрушить меня. Но не смотря на это, я заставила свой голос заткнуться. Завтра я буду считать это слабостью, глупостью, наивностью. Все чувства, которые заставили бы меня пожалеть и никогда этого не делать. Но не сейчас.
Откинув голову, позволила себе потянуть к нему. Я не смыслила ничего о поцелуях. Единственное что я знала, это было в историях и рассказах из книг. Но почти всегда, герои были влюблены. Любили друг друга не смотря ни на что. Пожалуй, я могу притвориться на мгновение.