От прикосновения наших губы, во мне взорвалось тысяча маленьких чувств. Его губы были мягкими, но одновременно твердыми, холодными, но при это теплыми. Он замер, когда я провела языком по его губе.
- Поцелуй меня, - прошептала, оторвавшись. Мой шепот казался мне мольбой.
И он исполнил ее. Он наклонил голову, углубил поцелуй. Его зубы мягко потянули за мою губу, заставив меня ахнуть от неожиданности. Его яростные движения, все больше и больше распаляли меня, отрывая для меня новые чувства. Мои руки потянулись к его волосам, проводя по мягким, шелковым прядям, пока он меня целовал. Так яростно, будто это был наш последний поцелуй. Возможно, так и было.
Крепкие руки обхватили меня за бедра, приподняв. Секундный полет, оставил после себя вкус наслаждения. Восседая на нем, словно на троне, повторяла за каждым движениям его языка. Позволяя себе утонить в его вкусе. Вкус мяты и алкоголя. Два совершенно разных вкуса, но при этом так дополняли друг друга.
Мои руки прошлись по крепким плечам, впиваясь короткими ногтями в ткань рубашки. Мне было мало. Я хотела еще. Схватившись за пуговицы, потянула за них, разрывая нити. Град мелких пуговиц скатился по нашим сплетенным телам. Хриплый смешок прозвучал рядом со мной.
- My sunshine, - шепнул он, разрывая наш поцелуй.
Он прижался лбом к моему лбу, его прерывистое дыхание овевало мои губы. На секунды, мне казалось, что не существовало ничего кроме нас. Моего колотящего сердца и его прерывистого дыхание. Его руки сжимали мои бедра, поглаживая большим пальцем, обнаженный участок кожи, задравшейся ткани. Мои руки безвольными плетями упали с его головы, прижавшись к крепкой груди.
Его сердце билось также учащенно как мое.
- Что ты сказал?
- Когда придет время, ты узнаешь, - проговорил он, отпуская меня.
Стыд пронесся по мне лавиной. Мне не следовало этого делать. Но сделала.
«И тебе понравилось»
Покачав головой, осторожно спустилась с его тела. Потерянный мною нож во время нашего поцелуя, сейчас валялся в ногах Ноа. Здесь же лежали порванные мною пуговицы. Алый румянец охватил мое лицо и грудь.
- Я..я, пожалуй, пойду, - шепнула, хромая к выходу.
- Сегодня придет врач.
Остановившись, обернулась.
- Врач?
- Он осмотрит твою ногу. Мне не нравится, как ты каждый раз вздрагиваешь от боли.
Я прищурилась.
- Зачем тебе это?
- Я не хочу, видит боль на твоем лице, - отвечает он, пожимая плечами.
Меня раздражает все это. Мне неизвестны его планы и его забота обо мне. Если бы он хотел заняться со мной сексом, разве не мог принудить к этому? Что мешает ему запереть эту дверь и заставит меня?
- Я не буду твоей любовницей, - вздергиваю подбородок, скрещивая руки на груди.
Это привлекает его взгляд к ним.
- Твое поведение говорит об обратном минут назад, - ухмыляется, откидываясь на спинку.
Я вспыхиваю.
- Ты невыносим!
- Возможно. Но, Алиса, - он обходит стол, вновь оказываясь передо мной. Он хватает меня за подбородок, вынуждая, смотреть на него, - Ты привыкнешь.
Секунду я размышляю, ответь ему. Однако быстро бросаю эту мысль, вылетая на всех своих возможностях из кабинета. Я делаю всего три шага, прежде чем Ноа подхватывает меня на руки и несет в нашу спальню.
- Отпусти меня!
- Никогда.
Глава 7
Появления нового лица – врача, - вызвало во мне слабую улыбку.
Мужчина на вид пятидесяти лет, выглядит как Дедушка Мороз. С объемной, но короткой бородой и длинными волосами, заплетенными в косу. О густоте его волос, мне приходилось лишь мечтать, с моим крысиным хвостом. На его лице сияла добродушная улыбка, которую он пытался скрыть под маской безразличного человека. Белоснежный халат, накинутый поверх, потертых брюк и свитера с надписью: Любимый дедушка.
В руках он держал сумку, схожую близко к саквояжу, обклеенная цветными стикерами.
Надежда начала прорастать во мне, заставляя кровь бежать быстрее по венам.
С момента нашего появления в спальне, Ноа продолжал держать меня на своих коленях, подавляя своей аурой хищного охотника. За время пребывания в спальне, он поменял порванную рубашку на хлопковую футболку.