Мне хочется и поцеловать его, и шлепнуть. Марко выглядит раздраженным, но смирившимся со своей судьбой. А Франко…
Ну, он просто выглядит разозленным.
— Ну, я не буду заключать сделку. Если Джемма будет настаивать на том, чтобы оставаться замужем за этим чудовищем, то она станет врагом своей собственной семьи.
Прежде чем я успеваю что-либо сказать, Марко подходит к Франко. — Если ты угрожаешь кому-либо из семьи Эмилии, ты пожалеешь об этом. Джемма не враг своей семье. На самом деле, Франко, я бы считал тебя врагом больше, чем кого-либо другого. Если мы с Виктором объединим силы, то где ты останешься? Без власти. Поэтому я предлагаю тебе заключить с нами сделку, чтобы мы могли оставить все позади.
Франко окидывает Марко взглядом. — Зачем ты это делаешь?
— Потому что я хочу мира, — объясняет Марко. — Я был готов убить Виктора, потому что думал, что он обидел мою невестку, но теперь я вижу, что они любят друг друга. Так что, если Джемма чувствует, что с ним она в безопасности, то... — Он пожимает плечами. — Я ничего не могу с этим поделать. И если это означает сделать Виктора союзником и использовать его во благо, я это сделаю. Особенно, если это также означает, что я смогу еще лучше защитить свою жену. Так что ты собираешься делать, Франко? Потому что я могу сделать так, чтобы ты тоже не покинул этот подвал.
Франко переводит взгляд с Виктора на Марко и на меня. В его глазах идет война, но он наконец смягчается. Трудно противостоять всей мощи моего зятя. — Ладно, — рычит он. — Надеюсь Виктор может дать нам больше влияния. — Он указывает на меня. — Но ты должна следить за тем, чтобы его держали в узде.
— Я сделаю это. — Я приседаю рядом с Виктором. — Я обещаю.
Виктор улыбается мне, прежде чем его бросает в спазмы и он начинает кашлять. Вскоре он начинает кашлять кровью.
— О Боже! Виктор.
Его голова падает на грудь, дыхание становится прерывистым, а затем и вовсе останавливается.
— Он не дышит! — Я поворачиваюсь к Марко. — Спаси его. Пожалуйста.
Марко быстро кивает и достает телефон. — Нам нужно отвезти его в больницу. Я вызываю скорую.
— Виктор, останься со мной. — Я обхватываю его лицо, пытаясь разбудить, но он не просыпается. Как только Марко заканчивает звонить в 9-1-1, он отстегивает Виктора от столба, кладет его на спину и начинает делать непрямой массаж сердца.
Я с ужасом наблюдаю, как мой муж отказывается снова дышать. Франко подходит ко мне с ухмылкой на лице. — Ты сделал это! — шиплю я ему, ударяя его по груди. Франко просто удовлетворенно смотрит на меня.
Вскоре голоса наверху привлекают мое внимание, и двое парамедиков сбегают вниз по лестнице. Они берут на себя непрямой массаж сердца Марко и приступают к работе по возвращению Виктора. Они даже не подвергают сомнению место происшествия. Кровь. Наручники. Их работа — спасать жизни.
После нескольких секунд колотящегося сердца одна из фельдшеров, молодая женщина, говорит, что у него есть пульс. Это значит, что Виктор жив.
Я облегченно падаю. Они поднимают Виктора на спинку и выносят его из подвала. Я следую за ними, давая им знать, что я его жена.
— Хочешь поехать с нами в больницу? — спрашивает женщина-фельдшер.
Не колеблясь, я знаю свой ответ. — Да.
ГЛАВА 20
Прошло несколько часов, а Виктор все еще не проснулся. Я сидела у его кровати, ждала и смотрела в его избитое лицо. По крайней мере, он жив. Это главное. Я немного устала находиться в больнице. В последний раз, когда я была здесь, Эмилию только что застрелили. Виктор, как ни иронично. Помню, как я с тревогой сидела в зале ожидания, ожидая, когда ее выпишут из операционной, в окружении мамы, братьев и сестер. Теперь я сама по себе. Не думаю, что кто-то придет проверить Виктора и меня.
Я держу его за руку, когда раздается стук в дверь. Эмилия просовывает голову, пугая меня. — Когда ты вернулась в Лос-Анджелес? — спрашиваю я тихим голосом.
— Меньше часа назад. Марко рассказал мне, что случилось. — Ее взгляд метнулся к Виктору, а затем снова ко мне, прежде чем она вздохнула и подошла ко мне, обняв меня.
— Зачем? — спрашиваю я, медленно обнимая ее в ответ.
— Марко сказал мне, что ты встала под дулом пистолета Франко, чтобы защитить Виктора. Я просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке.
— Я уверена, что у тебя чуть сердечный приступ не случился, когда ты это услышала.
Она отстраняется, слегка смеясь. — Да. Это так. Мне ненавистна сама мысль о том, что моя сестра может попасть в беду. — Она снова смотрит на Виктора, качая головой. — Это он навлек на тебя неприятности.
— Нет. — Она бросает на меня многозначительный взгляд. — Ладно… хорошо. Виктор поставил меня в несколько опасных ситуаций. Но то, что произошло — в подвале твоего дома, я могу добавить — произошло не из-за Виктора. Я решила пойти туда и спасти его. Я решила противостоять Марко и Франко.
— Почему?
Я смотрю на свою старшую сестру, единственного человека, на которого я всегда равнялась всю свою жизнь. Ту, которая всегда была рядом со мной и до сих пор рядом, даже если она не до конца понимает, почему я принимаю те или иные решения.
— Потому что я люблю его.
Глаза Эмилии расширяются. — Но он...
— Я знаю, — перебила я ее. — Я знаю, что он делал ужасное. Он сделал много ужасных вещей. Я не защищаю его. Но я просто говорю, что люблю его. Может, я сумасшедшая, но это то, что я чувствую. И разве я не имею права провести свою жизнь с мужчиной, которого люблю?
— Имеешь… но...
Я закатываю глаза. — Вот и все. Начинай.
— Но он убивал людей, Джемма, — шепчет она, ее взгляд скользит к двери. — Он причинил мне боль, потому что отчаянно хотел заключить сделку с моим мужем. А теперь Марко говорит мне, что согласился заключить сделку с Виктором, чтобы спасти твою жизнь, за что я благодарна, но я знаю, что это не то, чего хочет мой муж. Разве не было бы все это проще, если бы Виктор просто… больше не существовал?
— Что ты сделала с моей сестрой? Эмилия, ты бы никогда не предложила убить кого-то, пока не вышла замуж за Марко. Ты становишься женой гангстера.
Она нежно шлепает меня по руке. — Джем, я серьезно. Как ты можешь любить такого мужчину?
— Точно так же, как ты любишь своего мужа. Потому что он тебе подходит. Ты можешь подумать, что я не наблюдательна, но я видела, как вы с Марко общались последние два года. Я вижу, как он тебе подходит. Наконец-то у тебя есть кто-то, кто может заботиться о тебе, и я знаю, как это важно для тебя, ведь в детстве о тебе никто не заботился. Ты всегда заботился о нас.
— Я хотела, — говорит она, поглаживая мое плечо.
— Возможно. Но этот выбор тебе навязали наши родители. Особенно мама. У тебя никогда не было никого, кто бы заботился о тебе, а теперь есть. Марко заботится о тебе. Знаешь, что мне было нужно? Кто-то, кто понимает, что я жаждала волнения и свободы. Мама была готова выдать меня замуж за любого парня, лишь бы я вышла замуж, заткнулась и вела себя как хорошая девочка, которой мне положено быть. Но Виктор... — Я смотрю на него, сжимая его руку. — Ему нравится моя страсть. Ему нравится мой сарказм. Он принимает меня такой, какая я есть, которая всегда, казалось, раздражала маму, папу и… тебя. — Я оглядываюсь на Эмилию, которая пристально смотрит на меня.
— Я знаю, ты считаешь, что я могу быть незрелой, — продолжаю я, когда она открывает рот, чтобы возразить. — Нет, все в порядке. Я знаю это. Но с Виктором я могу просто быть собой. Мне не нужно притворяться милой, если я не хочу быть такой. Он любит меня такой, какая я есть. Я не осознавала в полной мере, как сильно я его любила, до этой недели. Быть без него… Я никогда не хочу снова через это проходить. Надеюсь, ты сможешь это понять. А если нет, — говорю я, пожимая плечами. — Ну, тогда пусть так и будет. Но Виктор теперь мой муж, и я буду рядом с ним, потому что знаю, что он сделал бы то же самое для меня.