— Ты не шлюха, — отвечаю я.
Ее ноги прижимаются к моему телу, а затем обхватывают мою спину, притягивая меня к себе, мой член идеально ложится у ее входа, и ее глаза встречаются с моими.
— Я твоя шлюха, — шепчет она.
Господи.
Этого достаточно, чтобы я потерял контроль. Я двигаю бёдрами вперёд, погружаясь в неё, и её киска обхватывает меня так, словно была создана для моего члена.
Она стонет, широко раскрыв рот и закатив глаза, выгибаясь дугой.
Я начинаю двигаться в такт, постепенно выходя из неё, а затем снова вхожу, охваченный желанием проникнуть как можно глубже. Мои руки крепко прижимают её запястья к матрасу, и я уверен, что это препятствует нормальному кровообращению.
— Сильнее, — выдыхает она, и её бёдра двигаются в такт моим движениям.
Я отпускаю её пальцы, провожу ладонью по её волосам и лицу, а затем обхватываю её шею, слегка приподнимая её с кровати. При каждом движении вперёд её губы касаются моих.
— Ты так хорошо принимаешь мой член, Gattina.
Наши тела блестят от пота, пока я трахаюсь с ней, и мое сердце колотится о грудную клетку, когда я двигаю бедрами, удовольствие зарождается у основания позвоночника и распространяется по всему телу, пока мышцы не напрягаются.
— Я собираюсь кончить в тебя, — говорю я, обхватывая её шею руками. — Наполнить тебя, в надежде, что ты забеременеешь, чтобы я мог привязать тебя к себе всеми возможными способами и быть уверенным, что ты никогда не уйдешь.
Она хнычет, её ноги дрожат, когда она обнимает меня за спину, подталкивая меня вперёд каждый раз, когда я проникаю в неё.
— Тебе бы этого хотелось, amore mio?
Она стонет, приоткрыв рот в экстазе.
Стенки ее киски сжимаются вокруг моего члена, и мои яйца напрягаются в ответ. Наконец, я отпускаю её руки и зарываюсь пальцами в её волосы, крепко обхватывая ладонью её лицо. Я наклоняюсь и страстно целую её в губы.
— Скажи, что хочешь моей спермы. Умоляй об этом.
— Наполни меня, — умоляет она. — Мне это нужно, Джулиан, пожалуйста, я…
И вот она кончает, ее влагалище сжимает и отпускает мой член, крик срывается с ее пухлых губ, пока она прижимается ко мне.
Её слова — это моя погибель. Видение того, как её живот будет расти, с моим ребёнком внутри, и того, что она будет привязана ко мне навеки, переполняет меня всевозможными эмоциями.
Моё тело напрягается, а затем резко расслабляется, и я погружаюсь в неё так глубоко, как только могу. Мой член сильно пульсирует, когда я вхожу в неё до упора, прижимаясь к ней своим потным телом.
Наши сердца бьются в унисон, и я кладу голову ей на грудь. Она перебирает пальцами мои волосы, пока я её обнимаю.
Я никогда не чувствовал себя таким счастливым.
И это чувство? Я не хочу, чтобы оно уходило. Я никогда не отпущу его.
Потому что у меня такое ощущение, что она выбирает меня.
И она единственная, кто когда-либо это делал.
37. ЯСМИН
Я не могу уснуть.
У меня болит всё тело, а на сердце спокойно, кажется, впервые за целую вечность. По сути, я должна отдыхать в объятиях своего мужа, зная, что он на самом деле мой.
Даже несмотря на то, что то, как мы начинали, не идеально.
Теперь я доверяю ему. Я верю ему, когда говорит мне, что любит меня, потому что я чувствую, что мы прошли путь от ненависти к этому. По-другому и быть не могло. Я думала, что люблю Эйдана, но он никогда не вызывал у меня таких чувств, как Джулиан.
И, возможно, он слишком опасен. Возможно, он сочетает в себе всё неправильное. Может быть, я наивна, позволяя себе полюбить мужчину, который шантажом вынудил меня выйти замуж, но я всю свою жизнь старалась угодить людям, и мне надоело игнорировать тьму внутри себя, которая понимает всё, что представляет собой Джулиан.
И я наконец-то прислушиваюсь к совету Рии и делаю что-то для себя.
Взглянув на часы, я выбираюсь из большой двуспальной кровати, где рядом со мной мирно спит Джулиан, и на цыпочках подхожу к своей сумке, чтобы взять фотоаппарат. Выхожу из комнаты и пересекаю общую зону, вздыхая, когда свежий ночной воздух овевает мое лицо, когда я открываю входные двойные двери.
Сегодня прекрасная ночь, и я, накинув на плечи свой легкий кардиган, иду по узкой тропинке, которая ведет между маленькими коттеджами, и начинаю фотографировать небо. Я настолько погружена в этот момент, в безмятежную тишину, которая окутывает воздух, что не слышу шагов позади себя, пока они не раздаются совсем рядом.
Я крепче сжимаю фотоаппарат, иду дальше по тропинке и надеюсь, что они исчезнут, но этого не происходит. Мое сердце подскакивает к горлу, и я тяжело выдыхаю, прежде чем обернуться.