— Тебе не кажется, что, возможно, вам с мамой просто повезло?
Я делаю ещё одну попытку, прощупывая почву, не ныряя с головой.
Он издает низкий звук, делая очередной глоток чая.
— В этом мире есть множество людей, которые готовы на всё, ради возможности жить так, как живёшь ты.
— Я знаю, — отвечаю я.
— Ты уверена? — он наклоняет голову. — Кровь, текущая в твоих жилах, делает тебя ценным человеком. Люди, даже те, которым, как тебе кажется, ты можешь доверять, ослеплены алчностью и соблазнены обещаниями власти.
У меня внутри всё сжимается.
— А тот, за кого ты меня выдашь, не будет таким же?
— Нет, — просто отвечает он. — Я бы никогда не выдал тебя замуж за человека, которому нужны только деньги или власть. Мне просто нужен тот, кто будет хорошо к тебе относиться и продолжит моё дело. Кто-то, кто защитит тебя от сурового мира моего бизнеса и будет заботиться о тебе, даже когда меня уже не будет рядом. — Он снова наклоняется вперёд и протягивает руку, чтобы погладить мою ладонь. Мои глаза следят за его движением, останавливаясь на тёмных синяках от капельниц, которые остались на его коже. — Ты никогда не подводила меня раньше, Ясмин. Уверен, ты не подведёшь меня и сейчас.
Мои глаза горят, и я стискиваю зубы, но больше ничего не говорю. Вместо этого я киваю и поворачиваю руку, переплетая наши пальцы. Но моё сердце разрывается на части, отчаяние обрушивается на него, как сокрушительный удар, потому что это означает, что Джулиан уже победил, а я даже не поняла, в какую игру он играет.
Я должна буду зависеть от него. Должна буду нуждаться в нем.
Всё именно так, как он и хотел.
Я ожидала, что Эйдан выйдет на связь несколько часов назад, но уже вечер, а его всё нет. Я пытаюсь унять тревогу, постоянно повторяя себе, что он занят, и ничего страшного, что мы не всегда общаемся. Я игнорировала его три дня, поэтому знаю, что с моей стороны лицемерно злиться. Но ничего не могу поделать со своими чувствами. Прикусываю внутреннюю сторону щеки и бросаю взгляд на свой телефон, который небрежно бросила на матрас.
Может быть, мне стоит попытаться позвонить ему?
От места, где я скоро своими расхаживаниями сделаю дыру в ковре своей комнаты, я иду к кровати, достаю телефон и сажусь, задевая ногой кремовую драпировку, свисающую с угла моей кровати с балдахином. Сразу же открываю сообщение для Эйдана. По-прежнему ничего.
Я пытаюсь дозвониться до него, но телефон гудит в моём ухе один, два, три раза, прежде чем меня отправляют на голосовую почту.
У меня сжимается грудь. Я снова отправляю сообщение.
Я: Всё в порядке?
Я молча смотрю на экран, ожидая появления трёх точек, которые покажут, что собеседник печатает ответ. Но смотреть на пустой экран — это всё равно, что ждать, пока закипит вода, поэтому я со стоном снова бросаю телефон и подхожу к большому зеркалу, которое стоит в углу комнаты рядом с эркером. Мои волосы собраны в небрежный пучок, и большая шёлковая резинка с трудом удерживает их. На мне чёрные спортивные штаны и мешковатая футболка с надписью «Штат Орегон» на груди. Я выгляжу уставшей. На стрессе. Храни Господь косметику.
Внезапно звенит мой телефон, и я быстро поворачиваюсь, бегу к кровати и хватаю его. Надежда, которая только что наполняла мою грудь, как воздушный шарик, лопается, когда я вижу, что это Рия.
Рия: Какие новости, птичка?
Она — мой маленький лучик света в этой суматохе. Приятно, что она на моей стороне, наконец-то я не держу от нее секретов, как делала это годами.
Я поворачиваюсь и делаю селфи, демонстрируя свои спортивные штаны.
Я: Примеряю наряды для своего потенциального муженька. Думаешь, этот подойдёт?
Рия: Вау! Не прогибайся, Яс. Тебе следует сломать пару ногтей, чтобы завершить образ. Покажи им, что они получат от дочери «Sultans».
Я улыбаюсь, глядя на свой красный маникюр миндалевидной формы, и морщусь при мысли о неухоженных ногтях. Я пас.
В этот момент кто-то стучит в дверь моей спальни. Я роняю телефон и спешу ответить, надеясь, что это Эйдан каким-то образом пробрался в моё крыло особняка. Но понимаю, что это невозможно. Эйдан никогда не приходит в мою комнату. Это слишком опасно, ведь слишком много людей могли бы нас увидеть.
Я распахиваю дверь, и передо мной предстаёт Джулиан. Его голова опущена, чернильно-черные волосы выставлены напоказ, одна его рука прислонена к правой стороне дверного косяка. Его глаза медленно поднимаются от верхней части моих босых ступней вверх по ногам, по моей мешковатой футболке, пока он, наконец, не встречается со мной взглядом.