— Звучит впечатляюще…
— И главное — полная анонимность. Твоя история не выйдет за стены центра, никакой огласки. Всё абсолютно конфиденциально. Понимаешь? Это как закрытый клуб, но с профессиональным лечением. Люксовые условия, безопасность… и стопроцентный результат. Мы с тобой, скорее всего, попадём в разные группы, но сможем встречаться, общаться и поддерживать друг друга.
— Я могу где-то найти отзывы на этот чудо-центр и его специалистов? — не удержавшись, спрашиваю я.
— Нет, — Алина отрицательно качает головой. — Ни названия реабилитационного центра, ни отзывов ты не найдёшь. Это своего рода терапевтический клуб для своих. С улицы туда не попасть. И да, это… недёшево. — она слегка морщит аккуратный носик. — Но я — живое доказательство того, что их тактики работают.
Она делает очередную паузу, усиливая эффект.
— После того как они вытащили меня с самого дна и поставили на ноги, я заработала в разы больше, чем потратила. Вернула желание жить, уверенность в себе. Поэтому хочу пройти ещё один курс. Я уверена, что там мне помогут, и мой внутренний Феникс наконец-то воспарит в полную силу.
Алина заговорщически подмигивает мне и тянется к своей объёмной сумке.
— Кстати. Я кое-что тебе принесла! — с торжественным видом она достаёт оттуда книгу и протягивает мне.
«Путь Феникса», автор Алина Рокс», — читаю на обложке.
Незаметно сглотнув, я забираю презент и выжимаю из себя самую естественную улыбку, на которую сейчас способна. Переплёт лаконичный, но бросающийся в глаза: пылающая птица на грязно-сером фоне, под названием золотым тиснением выбито: «Твоя боль — твой источник силы. Позволь себе возродиться». С маркетинговой точки зрения — прямое попадание в читательскую аудиторию.
Но самое интересное скрывается внутри. И это вовсе не в автограф Алины и её пожелание несуществующей Вите: «расправить крылья и обрести истинную свободу».
На первой странице, сразу под названием книги, напечатан символ, который я видела вчера на перстне отца и потом ещё полночи разглядывала в темноте: Феникс в центре замкнутого уробороса.
Я замираю, ощущая, как кожа покрывается мурашками. Символ зловеще пульсирует перед глазами, словно пытаясь вырваться со страницы и обрести форму. Дыхание сбивается, в висках начинает стучать кровь. Название клуба нигде не указано. Но оно и не требуется. Этот знак сам по себе — пароль. Тайный ключ, понятный лишь посвящённым.
— Спасибо, обязательно прочитаю, — взяв себя в руки, вежливо благодарю.
— Там базовые советы. Ничего сверхъестественного, — непринужденно улыбается Алина и делает глоток своего латте. — Путь в свою лучшую жизнь начинается не на страницах книги, а в том опыте, который ты получаешь в реальности.
— И сколько стоит такая… реабилитация? — интересуюсь я, закрыв книгу и с трудом засунув ее в свою маленькую сумочку. Не уверена, что найду в этом опусе что-то полезное для себя. Я никогда не увлекалась подобной литературой. Не стоит и начинать.
— О цене пока говорить рано. Сначала нужно увидеть всё своими глазами. Познакомиться, пообщаться в неформальной обстановке с участниками, почувствовать атмосферу, поговорить с кураторами. Понять, твоё ли это, — пожав плечами, она оставляет чашку в сторону. — А потом уже можно обсудить стоимость и подобрать программу под тебя лично. Если хочешь, я узнаю подробности, как и где это можно устроить, и сообщу тебе.
— Я бы попробовала, — согласно киваю, ощущая, как внутри снова поднимается та же тревожная дрожь, что и при взгляде на символ.
Договорившись с Алиной списаться вечером в нашем приватном чате, мы оплачиваем счет пополам и расходимся в разные стороны. Она грациозной походкой направляется к заранее заказанному такси, а я неторопливо бреду по тротуару вдоль трассы, позволяя шуму и жаркому воздуху развеять напряжение. Но мысли не отпускают, и я пытаюсь их структурировать, призывая в помощь свои аналитические способности.
Итак, что мы имеем?
Центр без названия и отзывов, но с «гарантированным результатом» — слишком сомнительно и размыто. Символ феникса в уроборосе, встречающийся мне второй раз подряд. Совпадения? Нет. Скорее сигналы, которые складываются в определённую систему.
Идем дальше — обещание «анонимности» и «индивидуальной программы» — классические вербовочные крючки.
И, наконец, сама Алина — обаятельный, харизматичный куратор с мягким вкрадчивым голосом, обволакивающим, как тёплый плед. В её арсенале стандартный набор: правильно расставленные паузы, доверительный взгляд, ненавязчивый тактильный контакт. Меня этим не проймешь, хотя должна признать, что Алина — хороша в своем деле. Но я замужем за лучшим.