— Это сделал мой отчим, — отвечаю, пожав плечами. — Он был очень строгим. Не разрешал общаться с мальчиками, не отпускал в школьные поездки и походы. Я никогда не отмечала день рождения, потому что мне нельзя было приглашать друзей к себе домой.
Агата жалостливо смотрит на меня, а потом вдруг гладит по плечу.
— Бедная. Он тебя за что-то наказал, да? — она показывает на мои волосы.
— За то, что увидел, как я целовалась со своей первой любовью возле школьных ворот, — я почему-то улыбаюсь, хотя семь лет назад для меня это казалось концом света. — Мы скрывались почти год, а перед самым выпускным глупо попались. Отчим заявил, что сделает так, что на меня вообще ни один парень не посмотрит. Ну, и побрил своей машинкой, которой бороду ровнял.
— А мама тебя не защитила? — Агата вздыхает, снова рассматривая мою фотографию.
— Маме было не до меня.
— Моему папе тоже не до меня, но он всё равно попытался меня защитить. Только кажется, что сделал хуже.
Руслан издаёт глухое шипение, в котором улавливаю что-то похожее на злость или досаду. Он вновь берёт меню и утыкается в него взглядом. А я легонько толкаю погрустневшую Агату в бок.
— Но знаешь, что?
— Что?
— Я специально не стала покупать парик или прятать голову под всякими платками. Если бы я это сделала, то тогда призналась самой себе, что мой отчим победил.
— Победил? — не понимает Агата.
— Ну, да. Это значило бы, что его поступок заставил бы меня считать себя недостойной внимания других. Но это ведь не так.
Агата задумчиво накручивает мех на палец, о чём-то размышляя. Руслан напряжённо наблюдает за сестрой поверх меню. А потом Агата неуверенно стаскивает шапку. Под ней оказывается всего лишь короткая стрижка, вполне симпатичная. Совсем не бритая голова, как у меня на выпускном. Агата напоминает милую эльфийку, а зелёные глаза, тонкий вздёрнутый носик и пухлые губы лишь усиливают сходство со сказочным персонажем.
— А теперь прижми к себе букет и улыбнись, — я навожу на неё камеру своего телефона. — Готово! Гляди, какая чудесная фотография. Намного лучше, чем в шапке.
— Ну-у, — Агата с опаской смотрит на снимок, но потом всё-таки улыбается по-настоящему. — Да, как будто я тут даже ничего вышла. Отправишь мне?
— Рифма, — зовёт меня Руслан, не сводя глаз с Агаты. — Ты, блин, чудо. Серьёзно.
От смущения щёки вспыхивают, и я прислоняю прохладные ладони к коже, сбивая нахлынувший жар. Его похвала действует на меня как-то странно.
— Прекрати звать её Рифмой, — неожиданно возникает Агатка, забирая у оторопевшего Руслана меню. — Ты же не со своими пацанами в гаражах сидишь, а на свидании с девушкой! — она деловито листает странички, рассматривая блюда, и обращается уже ко мне: — У их компашки есть идиотская привычка всем давать прозвища. Одного парня они зовут Клыком, представляешь? А его девушку – Отвёрткой.
— Отвёрткой? — усмехаюсь я, про себя подумав, что Рифма – не самый дурной вариант.
Руслан скрещивает на груди руки, бросив на сестру ехидный взгляд, и поясняет:
— Она однажды накидалась «отвёрткой» и разбила машину Клыка.
— Я буду свинину с пряными овощами, чизкейк и чай с бергамотом, малиной и лаймом, — Агата отдаёт мне меню, но я сразу возвращаю его Руслану.
— Я буду тоже самое.
Руслан нажимает кнопку вызова персонала, и к нам подходит администратор. Руслан озвучивает наш заказ и просит всё на троих, только чай для себя заменяет большим американо.
На сцену потихоньку начинают выходить чтецы. Чтобы прочесть своё стихотворение, нужно записаться у бармена, и в порядке живой очереди он объявит выступающего. Руслан лишь раз спросил у меня, не хочу ли я выступить, но я испуганно замотала головой.
Вечер протекает за непринуждёнными беседами на нейтральные темы, вроде интересов, путешествий и работы. Узнаю, что Руслан отучился в Америке и получил экономическое образование, в совершенстве владеет английским, однако сейчас по специальности не работает. На мой невинный вопрос, чем же он занимается, Руслан уклончиво ответил, что у него есть бизнес с друзьями.
Темы, связанные с семьёй, мы оба избегали. Руслан лишь сказал, что их мама погибла в автокатастрофе, когда таксист не справился с управлением на обледенелой трассе и попал под колёса грузовика. Отец повторно женился, и на этом Руслан свернул разговор.
Надо отдать должное Агате, потому что теперь, когда он обращался ко мне, то чередовал Рифму и Стеф. Я каждый раз улыбалась, когда Руслан звал меня по имени, потому что от него я уже привыкла слышать Рифму.