После очередного выступающего зал разражается авиациями, а бармен вдруг говорит:
— Следующий чтец изъявил желание прочесть не свои стихи, но мы не смогли ему отказать, ведь он пообещал добавить музыкальное сопровождение. Аплодисменты столику номер пять и его участнику – Руслану.
От неожиданности застываю с кусочком чизкейка, наколотым на вилку, так и не донеся его до рта. Руслан, усмехнувшись, подмигивает мне.
— Раз ты не хочешь выступать, придётся мне, — он встаёт из-за стола, поправляя ворот рубашки. — Оказывается, здесь нельзя забронировать столик на литературном вечере, если никто за ним не будет выступать.
Агата тоже провожает его спину удивлённым взглядом, пока зал громко хлопает. Руслан садится за пианино, тогда она наклоняется ко мне и шепчет:
— Он не играл лет восемь! Мама была профессиональной пианисткой и иногда учила нас. Но я совсем уже не помню, маленькой была, а Рус... Ну, после её смерти он не играл больше, — Агата хитро улыбается, подталкивая меня выйти из-за стола. — Кажется, ты особенная, если уж он уселся за пианино! Иди, встань поближе!
Совершенно растерявшись, я поднимаюсь с дивана и нетвёрдым шагом направляюсь к сцене, но не дохожу и встаю рядом с книжным шкафом. Обхватываю себя за плечи, разглядывая широкую спину в рубашке. Администратор приносит стойку с микрофоном и настраивает так, чтобы было слышно и Руслана, и инструмент.
Он берёт первые аккорды, и медленная лирическая мелодия заполняет зал, лаская слух. Музыка простая, без всяких замороченных переходов, но приятная и вполне подходит для того, чтобы под неё читать стихи.
Руслан для выступления выбирает «Заметался пожар голубой...», и я понимаю, что отчасти, читая Есенина, он говорит о себе. Слишком уж некоторые строчки перекликаются с той стороной его жизни, которую он выставлял напоказ.
— Был я весь – как запущенный сад, был на женщин и зелие падкий, — низкий голос с хрипотцой забирается куда-то мне в душу, заставляя обнять себя ещё крепче. — Разонравилось пить и плясать, и терять свою жизнь без оглядки.
Он заканчивает стихотворение под одобрительные хлопки и, вновь натянув привычную нахальную улыбку, отвешивает залу поклон. Затем поворачивается ко мне, в ореховых глазах у него сверкает хулиганский задор, а вместе с ним и что-то тёплое. Наверное, Руслан не ожидал, что я подойду к сцене.
— По-моему, я неплохо справился, а?
— Очень даже, — показываю ему большой палец и улыбаюсь. — Не думала, что такой... м-м... крутой парень, как ты, так душевно прочитает Есенина.
— Рифма, не будь занудой, — Руслан надвигается на меня скалой, и я непроизвольно пячусь к нашему столику. — Ты же не из тех, кто судит по обложке.
Его замечание обидно кольнуло меня. И правда, я всегда старалась не делать о людях поспешных выводов. Чем же Руслан заслужил от меня предрассудки? Ответ сам возникает в голове: это не он в них виноват, а несвойственное мне поведение, которое и привело нас этим вечером сюда.
Не напейся я шампанского с горя, не отправилась бы в сумасшедший ночной вояж по клубам вместе с Русланом и его знакомыми, лица и имена которых напрочь стёр алкоголь. Оказалось, мне проще спихнуть ответственность за проведённую вместе ночь на развязность и наглость Руслана, чем признаться себе, что в тот момент я этого хотела.
Расплатившись за ужин, Руслан вызывает такси и называет водителю мой адрес. Агата снова помогает нам заполнять разговорами паузы, хотя мне впервые с момента знакомства захотелось спросить у Руслана что-нибудь о нём самом, копнуть глубже поверхностной болтовни.
Такси останавливается возле моего подъезда. Мы покидаем его, и я нерешительно смотрю на Руслана, не зная, как лучше закончить этот вечер. Стыдливо понимаю, что хочу, чтобы он вновь пригласил меня на свидание. Но он тоже молчит, хитро разглядывая меня.
— Эм... спасибо за ужин, — начинаю я, опустив глаза. — Мне понравилось.
— Агат, иди в машину, — Руслан даёт сестре ключи.
Та, довольно хихикнув, обнимает меня и напоминает, чтобы я не забыла прислать фотографию, потом убегает к внедорожнику.
— Значит, понравилось? — уточняет Руслан и подходит ближе ко мне. Медленно киваю, не двигаясь с места. Он улыбается кончиками губ, явно наслаждаясь моим смущением: — Значит, можем договориться о продолжении?
— Возможно, — нарочито спокойно пожимаю плечами, хотя в душе рада, что Руслан спросил.
— Может, сходим в кино?
— Может.
— Тогда я напишу?
Вместо ответа я улыбаюсь и делаю шаг к нему, окончательно сокращая расстояние. Встаю на носочки и осторожно целую в колючую щёку.