Руслан морщится при упоминании Алекса и протяжно выдыхает, будто ему хочется ляпнуть какую-нибудь остроту, однако он сдерживается.
— Хорошо. Если тебе будет так лучше.
Он помогает разложить мне диван в зале, и я застилаю его свежим бельём. Мы неловко желаем друг другу спокойной ночи, после чего я скрываюсь в спальне, закрыв за собой дверь.
Переодеваюсь в ночную бледно-розовую рубашку на пуговицах — раньше это был комплект, но Алекс случайно испортил штаны, закинув их в стирку вместе с тёмными вещами, — и забираюсь в кровать, плотнее закутываясь в одеяло. Из зала не слышно никаких звуков. Может, Руслан уже уснул? Он ведь был уставшим... Поворочавшись ещё немного, выключаю ночник на тумбе возле кровати и закрываю глаза.
Мне снится Грехов, старый матрас и обшарпанный потолок его гаража. Он снова сверху, закрывает мне рот, а я содрогаюсь под ним от сильных толчков. Сквозь слёзы пялюсь на расползающиеся по потолку трещины, из которых сочится густая чёрная жидкость, напоминающая мазут. Она стекает по стенам, капает на перекошенное презрением лицо Грехова и затапливает гараж. Жидкости так много, что я чувствую, как она лижет мои разведённые бёдра и спину, заливается на грудь и живот. Я начинаю захлёбываться ей, но Грехов не останавливается. И чем грубее он входит в меня, тем глубже я погружаюсь в этот мазут.
Ужас перехватывает горло, стискивает его стальными пластинами, и я будто со стороны слышу собственный крик.
— Стеф! — лицо Грехова из презрительного становится обеспокоенным, черты смягчаются. Он легонько встряхивает меня за плечи. — Это сон. Тебе всё приснилось, слышишь?
— Прекрати это!
— Рифма, просыпайся!
Я распахиваю глаза и встречаюсь взглядом с взволнованными глазами Руслана. Он, в джинсах и обнажённый по пояс, нависает надо мной, держа за плечи. Весь какой-то взвинченный, полусонный. Я оглядываюсь, трогаю под одеялом себя за живот, всё ещё хорошо помня ощущения от чёрной жидкости. Тени, отбрасываемые ночником на золотистые обои с глиттером, колыхаются синхронно моим движениям.
— Ты в порядке? — глухо спрашивает Руслан, наблюдая за мной.
— Д-да, — медленно киваю. — Кошмар приснился.
— Принести воды?
Руслан поднимается с кровати и, не дожидаясь ответа, уходит на кухню. Слышу, как звякает посуда, затем открывается кран и шумит вода. Руслан возвращается в спальню с гранёным стаканом, по которому стекают капли. Я залпом выпиваю холодную воду.
— Спасибо, — слабо улыбаюсь ему, откидываясь обратно на подушки.
Руслан ещё немного стоит рядом, потом тоже кивает мне.
— Если что... Ну, в общем, зови, — он направляется к двери.
— Подожди! — я резко поднимаюсь. — Можешь остаться, пожалуйста? Ненадолго, пока не усну. После кошмаров обычно...
Осекаюсь, потому что продолжение фразы звучит так: «Алекс меня обнимает». Но не говорить же это Руслану. Прикусив себя за язык, закрываю лицо ладонями и ныряю обратно в подушки. Руслан молчит. Судя по тому, что дверь не хлопнула, он всё ещё в комнате. Вот он обходит кровать, ставит стакан на тумбочку, а потом я чувствую, как прогибается противоположный край матраса, где раньше спал Алекс.
Приоткрыв глаза, вижу, что Руслан лёг на спину, подложив под голову руки. Он просто смотрит в потолок, не на меня. Наверное, чтобы не смущать ещё сильнее. Не спросив разрешения и не думая, как это будет выглядеть, я подползаю ближе к Руслану, накрываю его своим одеялом и укладываюсь под боком. Прислоняюсь лбом к его рёбрам и закрываю глаза, слушая, как он размеренно дышит. Рядом с ним быстро расслабляюсь.
— Обнять? — раздаётся тихий вопрос.
— Обними, — шёпотом отзываюсь я.
Рука Руслана ложится вдоль моей спины поверх одеяла, находя своё место у меня на талии. Он легонько прижимает меня к себе. Осмелев, тоже обнимаю его, уместив голову на его груди. Гулкий стук сердца и далёкое шуршание автомобильных колёс по трассе за окном совсем успокаивают меня, и я почти забываю о чёрном мазуте из сна.
Но тут в голове мелькает стыдливая мысль, что Руслану из-за моей близости может быть некомфортно. Это очень похоже на провокацию. Вряд ли в постели девушки обнимались с ним без намерения закончить ласку сексом.
— Прости. Наверное, я тебе мешаю.
Сползаю с груди Руслана и разворачиваюсь к нему спиной, смяв одеяло. Голые ноги тут же покрываются мурашками от прохлады. Однако из его руки не выбираюсь, не хочется. Утыкаюсь носом в сгиб локтя.
Руслан свободной рукой осторожно проводит пальцами линию по моему боку до плеча, убирает волосы с шеи и слегка отодвигает ткань хлопковой рубашки. Он ложится ближе. Так, что я теперь чувствую ягодицами его возбуждённый член, выпирающий под плотными джинсами. Руслан прикасается губами к коже на шее и согревает её дыханием.