Наблюдая за прыгающей возле отца Агатой, вспоминаю, как Грех, когда я пару дней назад в баре поделился с друзьями возникшей проблемой, предложил выловить девчонок у школы, а потом отвезти в гаражи к парням на утеху. Я подумал, он грязно стебётся, а когда понял, что нет, чуть не подавился пивом.
— Ты конченный, что ли? Они же дети.
— Слушай, я ведь за Агатку волнуюсь, помочь хочу, — с каким-то приторным благодушием ответил он мне.
— Нахер иди с такой помощью, — огрызнулся я, всё ещё переваривая его идею. Иногда мне казалось, что у Греха в голове совокупляются черти. — Думай, чё несёшь.
Но, твою мать, не могу отрицать, что не хотелось надрать задницы засранкам. Особенно после долгой истерики Агаты и моих уговоров поехать в парикмахерскую, чтобы неровные пряди оформили в какую-никакую стрижку. Агатка теперь выглядела, как юная Твигги.
— Ненавижу! — в сердцах выкрикивает сестра, топнув ногой. Собирается удрать, но я ловлю её за капюшон пуховика.
— Называй фамилии, Агата, — смеряю её выразительным взглядом, пока отец изъясняется с кем-то по телефону. Вроде, с директором. — Со старой школой тоже решим. Обещаю.
— Вы делаете только хуже, не понимаете? — Агатка толкает меня в грудь, пытаясь вырваться. — Если исключат их, останутся другие! Никто не любит стукачей!
— Ну-ка, прекращай. Оставлять всё как есть – не выход. Пусть он поможет, — киваю на отца. — А потом перейдешь в старую школу. Всё наладится.
— Он не переведёт меня, Рус! Ты не слышал?
— Агата, — я вздыхаю, стараясь говорить спокойно. — Пожалуйста. Сказал же, что разберусь.
Сестра ещё недолго противится, затем сдаётся и называет фамилии девчонок, еле сдерживая слёзы. Получив от неё, что нужно, отец передаёт информацию директору с вежливой, но требовательной просьбой «избавить школу от недостойных учениц». Агатка, прошипев тихое ругательство, убегает.
— Нужно было сказать об этом раньше, — упрекает меня отец, когда мы заходим следом за сестрой в дом.
Оксана, играя роль заботливый жены, отдает распоряжение домработнице поставить чайник, чтобы отец «выпил горячего».
— Нужно с дочерью хоть иногда разговаривать. Тогда был бы в курсе, — отвечаю ему сквозь зубы.
Отец хочет ещё что-то добавить, но я уже не слушаю. Повесив парку, поднимаюсь на второй этаж и останавливаюсь возле запертой двери сестры, коротко постучав по ней.
— Пустишь?
— Уходи! — Агата чем-то кидается, и это что-то ударяет в дверь с глухим стуком. — Я думала, ты на моей стороне!
— Конечно, на твоей, — улыбаюсь от её по-детски обиженной интонации.
— Тогда зачем рассказал?
Теперь смеюсь в голос, а сестра опять чем-то швыряется.
— Агатик, он хоть и не супер-внимательный отец, но всё же заметил бы отсутствие волос. Рано или поздно.
— Я бы сказала, что захотела сама такую причёску! Рус, мне же ещё в общежитии ночевать вместе с другими... Что они со мной сделают?
Она всё-таки отпирает дверь и впускает меня в комнату. На пороге валяются две подушки, которыми она кидалась. Агата забирается на постель, обхватывает ноги с острыми коленками, заметными под лосинами, и утыкается в них подбородком. Смотрит на меня грустными зелёными глазищами. Ну вылитый оленёнок Бэмби.
— Глупости. Никто ничего не сделает, — сажусь на край кровати. — У вас в общаге охраны и нянек больше, чем педагогов в школе.
— А вдруг...
— Агата, ну чего ты? — перебиваю её, пока не начала загоняться ещё сильнее. — Давай так. Обещаю, что решу вопрос со школой и отцом на следующей неделе. Потерпишь немного?
— Прям обещаешь? — она поднимает на меня голову.
— Прям слово даю.
— А с Америкой?
— С Америкой тем более, — усмехнувшись, протягиваю ей кулак. Агата прислоняет свой маленький к моему.
Иногда я представлял, что забираю её от отца с «мачехой», снимаю где-нибудь квартиру и живу нормальной жизнью. Но эта жизнь была бы нормальной только для меня, не для Агаты.
Она любит отца, и про то, что случилось между нами, не знает. Да и зачем? Агата ещё маленькая для этого дерьма. А отец, разумеется, ни за что не позволил бы мне увезти сестру. Вот и существовали все под одной крышей. Уехать самому и оставить Агату с этой парочкой даже в мыслях не допускал.
Собираюсь уже встать, чтобы выйти из комнаты сестры, но она вдруг тормозит меня за руку. Поворачивает ко мне экран телефона, на котором красуется физиономия какого-то парнишки. Может, чуть постарше Агатки.