— Это Максим, — доверительно сообщает сестра и вдруг шмыгает носом. — Из-за него Лиза обозлилась на меня и подкараулила с подружками в туалете. Он ей очень нравится.
— Та-ак, — сажусь обратно на кровать, забирая у неё телефон и увеличивая фотку.
— Мы просто с ним дружили, ничего такого, — Агата заглядывает мне через плечо в экран телефона. — Максим меня два раза проводил до общежития. И разок в щёчку поцеловал.
Чувствую, что это не всё, о чём хочет рассказать сестра, потому вопросительно поднимаю бровь. Агата поджимает губы и снова шмыгает носом.
— Он мне сказал, что я красивая. А в столовке увидел эту стрижку, — Агатка дёргает себя за короткую прядь, — и тоже смеялся вместе с другими. Я теперь уродина, Рус!
Она заваливается на бок, пряча лицо в подушке, и захлёбывается горючими слезами. Твою мать.
Здесь я не имел ни малейшего понятия, что ей сказать. Все эти «ты красавица» нихрена не работали. Агатка не воспринимала мои слова как правду, считая, что я говорю это, потому что её люблю. Блядь, да про месячные было проще с ней говорить, чем про любовь, в которой я сам не шарил.
Мама умерла в автокатастрофе, когда Агате исполнилось восемь. Воспитание сестры тут же легло на плечи гувернантки и нянек из пансиона, однако у них не сложилось доверительных отношений. Потому, когда у Агаты начались месячные, первым об этом узнал я. По «Фейстайму», мать его.
Агата позвонила мне во время лекции по политологии и в панике сообщила, что не знает, какие прокладки покупать, а спрашивать у фармацевта стесняется. Я толкнул сидящую рядом однокурсницу Кэти и прошипел что-то типа «эй, ты же девчонка, значит, разбираешься в прокладках?». Кэти посмотрела на меня, как на придурка, и тогда я показал ей на экране Агату, объяснив, что мне нужно помочь сестре. Кэти понимающе улыбнулась, забрала у меня телефон вместе с наушниками и вышла из аудитории.
Агата, к счастью для меня, свободно говорила по-английски, они проболтали с Кэти до конца лекции. И потом Кэти неоднократно выручала меня в девчачьих вопросах с сестрой. Наверное, на этой почве мы с ней и сблизились, протрахавшись весь последний курс.
А сейчас, когда Агата рыдала из-за мальчишки, который посмеялся над ней, я вдруг снова вспомнил Кэти. Вернее, не её саму, а то, как она здорово находила общий язык с моей сестрой. Как девчонка с девчонкой. И тут же провёл нехитрую параллель с Рифмой. Она бы нашла подходящие слова для Агаты, почему-то я был в этом уверен.
— Агатик, — вкрадчиво начинаю я, опустившись перед кроватью на колени, чтобы заглянуть в лицо сестры, спрятанное за подушкой. Если не могу её успокоить, значит, нужно переключить внимание на что-то интересное. Например, на свою личную жизнь, которая уж очень интересовала Агатку в последнее время. — Хочешь расскажу кое-что?
— Мгм? — доносится вопросительное мычание.
— Я познакомился с девушкой. Её зовут Стеф.
— Иностранка? — Агата отрывает лицо от подушки и прищуривается.
— Нет. Зачем мне иностранка? — смеюсь, радуясь про себя, что хитрость сработала. — Наша девчонка. Сегодня веду её на свидание.
На Агату это действует, как волшебная пилюля. Тут же подрывается на кровати с горящими глазами.
— А что она любит? А где вы познакомились? Она из вашей компании?
— Воу, полегче, ребёнок, — притворно морщусь от количества вопросов. — Любит поэзию и рыбок, познакомились в кафе, она не из нашей компании. Стоп! — поднимаю ладонь, заметив, что Агата собирается разразиться новой порцией вопросов. — Давай я расскажу остальное после свидания, договор?
— А куда пойдёте? — спрашивает мигом сникшая Агата.
— Ещё не решил, — отвечаю уклончиво. — Она дала мне только один шанс. Нужно её впечатлить, но я пока не придумал, как это сделать.
Агата задумчиво молчит, разглядывая фотографии с друзьями и семьёй на пробковой доске в изголовье кровати, украшенные тонкой гирляндой. Потом вдруг хлопает в ладоши.
— А я знаю!
Хватает свой телефон и принимается с усердием что-то печатать в поисковике. Довольно заулыбавшись, показывает мне в «ДваГИС» точку – арт-кафе «Набоков».
— Она же любит стихи? Там проводятся литературные вечера по пятницам, — Агата тыкает в расписание. — Начало в шесть.
— Ты гений, Агатик, — одобрительно показываю большой палец. — Спасибо!
Встаю с пола и, потрепав Агату по волосам, выхожу из её комнаты в приподнятом настроении. Литературный вечер – то, что нужно. Надеюсь, Рифма оценит, что я внимателен к её увлечениям, и согласится на второе свидание. Сообщив ей время, направляюсь в душ.