Ну, и что – что не подъемный? Я же женщина смекалистая! У меня есть подол самодельного пончо, который можно использовать как петлю, а тело будет тягловой силой… С учетом того, как я впряглась в это ярмо, обо мне, в тот момент, смело можно было говорить: «я – и лошадь, я – и бык…».
Материя соскальзывала с глиняного булыжника. Каждую неудачную попытку я плюхалась плашмя и сквозь зубы цедила красочные эпитеты, которые должны были обезболить натруженные и отбитые мышцы, благо, что там не только кожа да кости, а также помочь мне сдвинуть с места треклятый обломок, видимо, посланный в наказание за мою настырность, или упрямство…
Когда я дала себе слово, что сделаю последнюю попытку и если не получится, то брошу это гиблое дело и буду собирать мелкие, а поэтому легкие обломки, которые навряд ли удержат край полога, моя добыча сдвинулась с места… пол, засыпанный песком, разверзся и… я с визгом полетела вниз …
Скрежет был слышен даже через мой истеричный вопль, а плита «захлопнувшая мышеловку» отрезала единственный источник света, то есть люк, в который я свалилась.
Приземлилась слишком быстро, но очень жестко. Опять пострадала спина и то, уже не очень мягкое место, которое ниже нее. Пока валялась, глядя в темноту, переводя дух и глотая слезы, вокруг меня начало происходить что-то непонятное.
Холодные сквозняки, почему-то, обдували сразу со всех сторон. Мне казалось, что даже вдоль спины пробегает ледяная струйка воздуха. Но ведь такого не может быть?! Я же лежу, по ощущениям, на камне…
Мои всхлипы разносились с гулким эхом, словно я находилась в пещере, или в гроте. В какой-то миг мне почудился шепот нескольких человек:
– Это она?
– Это она!
– Она пришла?
– Ее привели!
– Люди, – с дуру заорала я и попыталась подскочить. Над головой и где-то в стороне заметалось эхо: «ите, ите, те, те…», а я, от пронзившей позвоночник боли, вновь свалилась на свое твердое ложе. Мне показалось что от прострела из глаз полетели искры и вокруг, из-за них, стало светлее.
– Что это? – заволновались невидимые мне мужчины. Теперь-то я точно слышала разные, но явно мужские тембры.
– Помогите, – стон вырвался из груди, а рыдания, которые сотрясали тело, били и прожигали, словно молнии.
– Она не сдается, – хмуро воскликнул один из присутствующих и подошел ближе. Чтобы не шевелить головой, я скосила глаза и не поверила себе. Рядом был не человек – это я поняла сразу, но признать, что этот абсурд, у меня не получалось.
– Но ей придется, – приблизилась ко мне еще одна фигура. – Она была нам обещана за доступ…
Я не знаю, как описать то, что предстало предо мной, чтобы вы не подумали, что я до сих пор брежу: серые балахоны с глубокими капюшонами, которые закрывали лица, были словно сотканы из черных клубов дыма и… не касались пола.
– Кем обещана? Какой доступ? – заорала я, вновь попытавшись подняться, но горло перехватило и, вместо крика, по пещере разнесся сип.
– Колдун и ведьма обещали жертву и вот ты здесь, – прошелестел мне на ухо первый.
– Им нужен проход через Темные земли в храм Черной богини, – соизволил пояснить второй.
– А что со мной будет? – рискнула уточнить я, хотя разум уже нашептывал ответ.
Увиливать призраки не стали. Один шепнул:
– Ты будешь умирать медленно и мучительно.
– А затухающий огонек твоей жизни станет проводником в храм Смерти для твоих убийц, – дополнил другой.
Знаете, когда в детстве меня ругали за острый язык и драчливый характер, то мне было не ясно почему, если меня обзывают, то нужно промолчать, а если бьют, то развернуться и уйти. Почему? Этот вопрос и сейчас крутился у меня в уме, но озвучить смогла только суть:
– Как наказать обидчиков?
Призраки склонили свои головы, словно к чему-то прислушиваясь и вдруг мне тоже стал слышен мягкий женский голос:
– Ты готова возложить на мой алтарь свет души, чтобы стать темным ангелом мести?
– Готова, – без колебаний выпалила я.
– Приведите ко мне мою новую жрицу, – растаяло вдалеке и призрачные жрецы безмолвно поплыли в боковой проход, поманив меня за собой.
В этот раз движения не доставили никаких неприятных ощущений поэтому быстро поднявшись, я бросилась за ускользающими в темноту призраками. Мы молча неслись по узкой шахте, но, естественно, в ней разносились только звуки моих шагов.
Через несколько минут сумасшедшей гонки у меня закололо в боку, а из груди начало выпрыгивать сердце. Перед глазами, от постоянного напряжения, начали плясать звезды… Но все когда-нибудь заканчивается…