Я сказал, что в магазин, и вышел. Уже стемнело. Я шел по улицам, не особенно замечая куда. Нужен был холод. Почему я не переехал за полярный круг? Туда бы ее не перевели. Не такая она и умница, как говорила мама, раз для Москвы не хватило опыта.
Нужен холод. Может, раздеться и лечь на надгробную плиту какого-нибудь цыганского барона? Плохая идея, кладбище на ночь закрывают. Броситься в водохранилище или дойти до реки? Андрей не простит мокрых следов. У меня наконец появился повод, и я позвонил.
– Я скоро смогу забрать холодильник.
– Нашел хату?
– Вроде того.
– Где?
– На Садовой.
– Козырно.
– Там еще есть лед?
– Полно. Я пару кубиков взял для вискаря.
Хотелось выть.
– Хочешь прийти?
Толик не перестал меня понимать.
– Лели нет.
Я вызвал такси и назвал такой родной адрес. Я готов был приплатить таксисту, лишь бы скорее обнять Толика, упасть на колени, плакать, унижаться. Но я этого не сделал. Толик встретил меня в махровом халате с полным стаканом виски со льдом. Моим льдом. Я прошел на кухню, а он принес ведро со льдом. Мое ведро. Я молча опустил в него ноги и откинулся на подоконник. Мой подоконник. Толик сел напротив. На свое место. Отпил из стакана. Когда лед растаял, а стакан опустел, я надел маску и побрел домой. Нет. Из дома.
Жить с девушкой сложно. А жить с девушкой-нуоли еще труднее. Вы перестаете носить маски. Это как перестать закрываться в туалете, когда собираешься посрать. Никаких больше секретов. Никакой тайны. Никакой загадки. Девушку-нуоли не придется разгадывать. Она снимет маску, и ты увидишь все, что она о тебе думает. Что ты не такой уж интересный, не такой добрый, не такой забавный, и шутки твои несмешные.
Я начал жить с девушкой… (зал аплодирует) Я начал жить с девушкой-нуоли… (зал смеется).
Глава 6
– Мы все звери. Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. Кто-то безобидный мопс, а кто-то беспощадная анаконда. И мопсом, и анакондой движут инстинкты. И нет ничего более прекрасного и гармоничного в мире, чем зверь в естественной среде обитания. Мопс в платье и сапожках – это ужасно. И ничто и никто не убедит меня в обратном. Анаконда в террариуме – это ужасно. Анаконда, нападающая на человека, который посягнул на ее свободу, – вот истинная природа. А то, что естественно, – прекрасно. В каждом из вас есть зверь. И моя задача достать его наружу. За эти восемь недель я и мои кураторы сделают все, чтобы познакомить вас с вами. Я не знаю, зачем вы здесь. Хотите вы сниматься в говнокомедиях или корчить из себя Гамлета на сцене, мне все равно. Я здесь, чтобы сделать из вас вас. Научить вас не стесняться своих желаний, не зажимать свою природу.
Я ожидал увидеть мужчину в черной водолазке и шарфе. Почему-то я так себе представляю театральных деятелей. Но Кирилл Медвог удивил. Он умеет удивлять. Невысокий, с пузиком и большим лбом, в льняной рубашке, расстегнутой до самого пупка, с мягкими кудрями почти до пояса. Он больше походил на учителя йоги или какого-нибудь гуру из Таиланда.
Мы представились по очереди. Нужно было назвать всех, кто представлялся до тебя, и назвать свое имя и что-то, что тебя больше всего определяет. Мне повезло, я был четвертым. Ангелина – методист школы раннего развития, Глеб – специалист по взысканию долгов, Матвей – бармен и диджей, что-то про пикап, и я, Йалка, – копирайтер, нуоли.
– Ваше домашнее задание на сегодня – прийти домой, раздеться и не одеваться до завтрашнего утра или дня, в зависимости от того, сколько вы спите. Учтите, я узнаю, если вы не выполнили мое задание…
– У меня старенькие родители.
– И что?
– Они не поймут.
– И что?
– Мы живем в одной квартире.
– И что?
– Я не могу ходить голая перед отцом.
– Сколько ему лет?
– Семьдесят пять.
– А тебе?
– Тридцать.
– Значит, он от силы проживет еще лет десять, прежде чем умрет или превратится в овощ. Ты готова отложить себя на десять лет?
– Что значит – отложить?
– Забыть о себе, своих стремлениях, своих желаниях, своих удовольствиях?
– Я бы не хотела так ставить вопрос.
– Тем не менее он стоит именно так.
– Кирилл Леонидович, я правда не могу.
– Тогда прошу на выход. – Он указал рукой на дверь из аудитории. – Лена, вычти подоходный и верни деньги…
– Ангелина Смирнова.
– Ангелине Смирновой.
Я смотрел, как Ангелина – методист школы раннего развития – покрывается красными пятнами, а Кирилл спокойно ждет, когда она выйдет из класса. В этот момент я возблагодарил Все Сущее за то, что Элина уехала на неделю в Москву на обучение.