заметила, что ваша матушка чем-то взволнованна и думаю, что одна минута вашего промедления, и она вновь выйдет из себя!» Служанка произнесла свою речь быстро, в голосе ее звучали умоляющие нотки. Жаклина не заставила себя более упрашивать и попросила Розину помочь ей. Девочка довольно скоро собралась и не заметила даже как очутилась на против своей матери. Их взгляды встретились и Жаклина, разгоряченная спешкой и даже некоего рода азартом свойственного юности, забылась и посмотрела на мать взглядом живым и нежным. Щеки ее от быстроты сборов раскраснелись, в глазах появился приятный блеск, на нежной коже висков выступили еле заметные бисерины пота, пожалуй она была прекрасна в этот момент, что заметил бы каждый и, тем более что не укрылось от ее матери. Последняя обдала девочку таким холодным и мертвенным взглядом, что вся живость ее испарилась, а сердце вновь сжалось в маленький комок. Жаклина чувствовала в глубине души, что ее мать никогда не любила в ней живость, радость и прочие подобные чувства, которые непреклонно отражаются и на внешности, но более предпочитала видеть свою дочь удрученную, в слезах и страданиях. Она чувствовала, что тогда мать ее, если так можно выразиться, расцветала и даже была способна на некоторые потуги жалости. Жаклина погрустнела и вспомнила, как именно должна она себя вести, испуганно опустив взор она робко поприветствовала графиню и замолкла, не решаясь более взглянуть на нее. Графиня же, действительно выглядела взволнованной, о чем говорило не только выражение ее лица, но и вся внешность. Жалюзи плотно закрывали окна, в карету совсем не проникал и без того скудный свет. Графиня, в такой зловещей тени, походила на привидение, которое пыталось придать себе вид живого человека посредством чрезмерного макияжа и не очень удачных попыток держать свои чувства в себе. -«Я взяла тебя с собой не случайно,- через силу произнесла она, ненавидя то обстоятельство, что ей самой приходится разговаривать с дочерью, да к тому же по доброй воле,- к сожалению я не располагаю другим доверенным лицом. Будешь делать все, что я тебе прикажу и не смей ослушиваться меня, дело предстоит щепетильное». -«Да, мадам. Вы знаете, что я никогда не пойду вам наперекор. Я сама и моя жизнь в ваших руках»- скромно начала Жаклина. Графиня изобразила на лице циничную гримасу и отрезала: -«Хватит, клятв верности я от тебя не просила.» На этом разговор прервался и пока карета ехала по каменным мостовым, он более не начинался. А путь оказался не близкий, как показалось Жаклине, тем более что жалюзи были закрыты и девушка заскучала. Наконец экипаж остановился и дамы вышли на свежий воздух. Графиня нервничала и вела себя крайне раздраженно, казалось что ее бесило все: Тряска кареты, неуклюжий лакей, длинное платье, которое немного зацепилось за дверцу при выходе, свежий воздух, шорох гальки под ногами и.т.п., в то время как ее дочь, наоборот распространяла нежность и внимательность на все и всех вокруг, хотя и испытывала волнение из-за матери. Особняк, куда они прибыли, выглядел очень богато, Жаклина предположила, что он принадлежит скорее герцогу, нежели чем графу, но мрачный дух здания, который окружил его создавая неприятный осадок в душе, портил все прекрасное впечатление. У парадной их встретил лакей и молча провел внутрь залы. Их ждали. Графиня, шедшая впереди, казалось спешила и, зайдя в зал, не поворачиваясь бегло приказала: -« НЕ ходи за мной. Жди здесь. Что бы не случилось, я приказываю тебе. Если меня долго не будет, уезжай и забудь это место». Слова ее были такими бесчувственными и ледяными, что Жаклина перепугалась и сердце ее затрепетало. Она было хотела броситься за графиней, но та двигалась так решительно и гордо, и с таким видом, что в этот момент оказаться на ее пути было бы по меньшей мере рискованно, тем более Жаклине. Итак девочка, предоставленная сама себе, с подкашивающимися от переживаний коленками и беспорядочными мыслями в голове, осталась предоставленная сама себе. Она не знала что делать и чем себя занять. Слуг нигде не наблюдалось, чтобы оказать ей знаки внимания. Все словно вымерло. Зала плохо освещалась, как будто то был маневр с определенным умыслом, а в воздухе витал пряный аромат восточных благовоний, в конце концов начавший дурманить Жаклину. Она поняла, что ею скорее всего никто не займется и она может делать, что хочет, хотя как раз в данный момент ей этого хотелось меньше всего. Волнения ее не уменьшались, но лишь только с каждой минутой возрастали, учитывая, что их с момента прихода, прошло уже очень много и девочка даже теперь сбилась со счета. Жаклина нетерпеливо мерила шагами гостиную, осматривала предметы но без интереса и вскользь, прислушивалась к звукам, которые могли бы возникнуть в какой-нибудь части особняка и по ним, может быть получилось бы сделать вывод что вообще происходит. Время бежало, графиня не появлялась. Девочка, помня ее слова «Если я не появлюсь - уезжай» проводила параллель с долгим отсутствием матери и нервы ее щекотал тогда колючий ужас. Вскоре, ей показалось, что она услышала не то стон, не то приглушенный вскрик, но не могла точно сказать, действительно ли услышала его или то была иллюзия ее воспаленного от переживаний мозга. Звук проявился очень слабо, подобно легкому дуновению ветерка: он возник и тут же стих, и вновь мертвая тишина. Жаклина не выдержала и позволила себе подняться вверх по лестнице. Поступок пугал ее своей недопустимостью, поэтому она жутко разволновалась, тем более гневить свою матушку ей точно не хотелось, раз уж та впервые доверилась ей. Она оказалась на развилке двух широких коридоров, так же плохо освещенных. Часы в 0гостиной отстучали десять вечера, на улице заметно потемнело, вечерние тени наполнили особняк, придавая всему, что было в нем мистический оттенок. Она, наобум, выбрала один из коридоров и решилась просто пройтись по нему для собственного успокоения, никуда не заглядывая. Жаклина шла, сама не зная куда, понимала, что зашла уже достаточно далеко, но не могла остановиться до тех пор, пока не услышала глухой хлопок двери в парадной зале. Она застыла. Нетрудно здесь представить какие чувства охватили ее. В конце концов, как умела, она заставила себя успокоиться и уговорилась с собой так, что если это посторонний, то лучше ей не нестись сломя голову туда, где ее оставили, но сделать вид, что она просто прогуливается по особняку. Но все же она решила «прогуливаться» в обратном направлении и поэтому побрела назад одновременно напряженно прислушиваясь к тому, что делается вокруг нее. Все было так же тихо и она вновь начала сомневаться, не послышался ли ей хлопок двери. Она почти дошла уже до парадной залы, находясь в одном из широких коридоров как вдруг за ее спиной послышались мягкие шаги и сразу же неприятный мужской дребезжащий голос: «Какие осторожные нимфетки здесь ходят! Ей богу вы дитя Венеры, и ступаете подобно морской пене, что еле слышно набегает на берег, и изящны и очень милы. Не удивлюсь, если после каждого вашего шага я буду наблюдать цветы» . На неискушенное юное воображение Жаклины слова мужчины не произвели того эффекта, какой он привык получать, но лишь только напугали ее. «Простите, сударь»-вымолвила она,-Я не хотела напугать вас». -«Бросьте, мадмуазель, вы меня не напугали, но наоборот обрадовали, учитывая, что здесь словно все вымерли....Но позвольте, кому имею честь представиться?». Жаклина растерялась, так как объяснить свое присутствие в особняке она не могла да и чувствовала, что это будет лишним. Девочка молчала. Мужчина же, внимательно изучавший ее, вел себя напыщенно и свободно. Глаза его без стеснения блуждали по ее фигуре, при этом в них загорелся многозначительный блеск, выправка его отражала нрав вольный и легкий, что подтверждали и его речи. «Вы чья-то подруга, родственница?» -попытался подсказать он, удивляясь нерасторопности юной девицы. «Нет, я временно исполняю обязанности служанки. Простите, господин, что растерялась, но я здесь всего день и не успела привыкнуть к обстановке.» Господин удивленно приподнял брови и недоверчиво произнес: -«Служанка? Хм, на служанку вы не очень походите, слишком милы и изящны. Этот старый проказник умеет выбирать себе слуг, хочу заметить. Ну раз вы служанка, то может быть скажете мне, кто сейчас у господина герцога? Мне необходимо говорить с ним, но меня не приняли.» -«Графиня д Арже сейчас у моего господина»- выпалила девочка и смутившись опустила голову. Господин кивнул головой и в очередной раз смерив юную прелестницу взглядом задумчиво затоптался на месте. Жаклина не поднимала головы, не зная, как ей следует поступить. Увы, девочку не обучали ни тонкости манер аристократов, ни моментам поведения и прочим небесполезным вещам. -«Вы что-то хотите сказать мне, прелестное дитя?»- не без умысла осведомился он, растянувшись в слащавой улыбке. Жаклина было замотала головой, сопроводив свой жест словами, которые тут же и оборвались: -«Нет, нет....но...Я....» Девочка во все глаза смотрела на незнакомца, в голове мучительно тяжело стала подниматься мысль, которую она так боялась. -«Что такое, не бойтесь, спрашивайте. Я весь к вашим услугам. ВЫ верно хотите узнать о чем-то...Не бойтесь, говорите. Или же я чем-то пугаю вас?» -«О, нет! нет н