Дед Егор проснулся явно раньше меня. Потому как двор перед гостиницей уже был очищен от снега, который шёл почти всю ночь.
— Здравствуй, Кузьмич! Скажи мне, пожалуйста, а во сколько ты встаёшь? — спросил я из чистого любопытства.
— В четыре пятьдесят утра, а что? — ответил он, продолжая наводить порядок во дворе.
— Ого, ничего себе! — я был удивлён. — А зачем так рано?
— Дела у меня важные по утрам, потому и встаю, — просто сказал он.
— А какие могут быть важные дела в четыре часа? — я был заинтригован.
— В четыре пятьдесят, — поправил он. — Такие.
— Какие? — не унимался я.
— Йога, медитации, пранаямы, — ответил он, обметая веником свои сапоги от снега.
— Дед, ты серьёзно? — спросил я с сомнением в голосе.
— Какой с тебя йог? — Хотя вживую я ни одного йога не видел, но по телевизору их иногда показывали, и ни одного — в фуфайке, в сапогах и с веником!
Но Кузьмич говорил вполне серьёзно. Я задумчиво почесал нос:
— А я думал, что ты только в теории шаришь, а ты, оказывается, ещё и практикуешь. Ну ты, Егор Кузьмич, даёшь! Покажешь, как ты это делаешь? — попросил я его.
— А оно тебе надо? — он повернулся и пошёл в сторону флигеля.
— Пошли завтракать, а то тётка твоя заждалась.
Завтракали мы свежей выпечкой. «И когда тётя Валя всё успевает? — думал я. — И готовить, и гостей обслуживать, и порядки наводить везде. Может, она тоже йог? И тоже, как Кузьмич, в четыре часа встаёт? Может, они на пару сидят друг против друга и медитируют? А потом встают и расходятся — одна к плите, другой к метле...».
— С чего думаешь начинать? — спросила меня тётя Валя.
— Думаю, начнём с бассейна — к новому сезону должны успеть. А баньку с чаном по осени поставим, в зиму — самое то. Растянем процесс, чтобы не сильно тяжело было в финансовом плане, — рассуждал я.
Как-то так получилось, что я распланировал своё пребывание здесь чуть ли не на год вперёд. Наглец!
«Надо будет поговорить с тёткой на эту тему, может, не стоит злоупотреблять её гостеприимством?» — подумал я, и от мысли, что мне придётся уехать, почему-то взгрустнулось.
— Тяжело в финансовом плане будет в любом случае, — вывела она меня из собственных размышлений.
— Поэтому ты мне здесь и нужен. И пока ты всё задуманное не воплотишь в жизнь, я тебя, голубчик, не отпущу. Даже не мечтай.
«Вот всё и порешали», — подумал я, а вслух сказал:
— Теть Валь, раз уж взялся, то доведу до конца, не беспокойтесь.
Хотя сам я очень беспокоился, но виду не показывал. Потяну ли я это всё? Вдруг тямы не хватит?
На улице уже шёл дождь.
— На Кубани — это нормальное явление, — пояснила тётя Валя.
— Будем надеяться, что снега в этом году уже не будет.
— И дождь нам тоже не нужен, — добавил я, думая о том, как мы будем загонять технику для рытья котлована под бассейн.
Но пока всё сыро и мокро, я займусь поиском надёжных исполнителей работ. Таких тут должно быть много, потому как бассейнов тут — пруд пруди. За это я особо не переживал. Работать в интернет-пространстве я любил и умел, и найти надёжных ребят, которые поставят нам бассейн, я смогу без проблем. И как только позволит погода, сразу начнём.
До обеда я решил поработать в этом направлении и поэтому ушёл к себе в комнату, погрузившись в изучение спроса и предложений в этом секторе рынка.
Через некоторое время я остановился на паре надёжных организаций, которые устраивали меня по цене, срокам и качеству выполнения работ. Осталось только встретиться лично с каждым, обсудить детали и остановиться на ком-то одном.
Я решил не откладывать это дело в долгий ящик и после мартовских праздников уже начать переговоры. Договорился о встрече с первой организацией девятого марта и с чувством выполненного долга решил сходить прогуляться по набережной.
Дождь уже прекратился, и сквозь низкие тучи и облака иногда проглядывало солнце. Снега практически не осталось, дождь смыл все его следы, только под большими деревьями ещё оставались его небольшие грязноватые кучи.
«Все-таки не зря сюда люди едут со всей страны, — подумал я, вдыхая полной грудью свежий морской воздух. Даже сейчас, в начале весны, здесь полно народу. Люди гуляют, как и я, отдыхая душой и телом, наслаждаясь лёгким морским бризом, оставляя все свои заботы в прошлом и не тревожась о дне завтрашнем».
С этими мыслями я подошёл к раскидистому дубу, возле которого расположился тот самый Кот Учёный из сказки Пушкина "Руслан и Людмила". «О, тут и русалка на ветвях висит... нет, висела она в другом произведении, кинематографическом. А тут она, как и задумано великим русским поэтом, сидит на ветке, поправляя свои прекрасные волнистые волосы и смотря куда-то вдаль». Мне ещё с детства всегда было интересно: как она туда взбиралась, на эту ветку? Кто её туда посадил? Может, тридцать три богатыря? Может, кот помог. Он же учёный, что-нибудь придумал. Ответа у меня не было, и у Пушкина уже не спросить. Поэтому я просто потер этому коту его блестящий нос, как это делали тысячи проходящих мимо людей, и пошёл дальше.