Тётя Валя сегодня сварила какао. Мы с удовольствием его пили, заедая свежеиспечёнными булочками.
Насытившись и поблагодарив тётю Валю, дед переместился на свой любимый диванчик в ожидании, когда его «менее образованный и, по его мнению, слегка простоватый собеседник» присоединится к ежевечернему разговору.
Я не заставил себя долго ждать, допил какао и подсел к деду. Тот полулежал в своем любимом положении на боку, блаженно прикрыв глаза и держа в зубах неизменную зубочистку.
— Слушай, Кузьмич, — обратился я к нему, — если ты пойдёшь в храм как православный христианин, а там узнают, что ты увлекаешься ведантой, буддизмом, индуизмом и прочей разной эзотерикой... Ты не боишься, что местные бабки тебя своими палками побьют, а батюшка от церкви отлучит?
Дед, как всегда, помолчал немного, потом достал зубочистку, открыл правый глаз и посмотрел на закрытую форточку. Разочарованно вздохнул и положил зубочистку себе в карман.
— Я не воцерковленный христианин. И не состою в каком-либо приходе. В церкви бываю редко. Поэтому бабок не боюсь. Я придерживаюсь эзотерического христианства, и это не мешает мне считать Иисуса Христа своим Господом и Спасителем. Потому что через Него я соприкоснулся с Божьей благодатью и получил духовный опыт общения со Святым Духом. И считаю, что на верном пути.
— О, как! — подумал я. — Загадочный старик не перестает меня удивлять.
— Хорошо, — сказал я.
— А другие религии тогда неправильные? Они какому богу поклоняются?
Дед приступил к своему ритуалу переворачивания на другой бок и, заняв удобную позу, ответил:
— Все поклоняются одному Богу. Просто лингвистические различия не позволяют называть Бога одним именем. Люди пользуются разными языками, обращаясь к Богу. В силу этих естественных различий религии в разных странах не могут выглядеть одинаково. Но это не даёт им права утверждать, что только их исповедание правильное.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями. — Когда я прихожу в место, где Богу поклоняются по-другому, чем я привык, я должен рассуждать так: эти люди поклоняются моему Господу, но иначе. Поскольку я привык поклоняться Ему по-другому, мне трудно приобщиться к этой форме поклонения. Однако этот опыт поможет мне глубже оценить ту форму, к которой я привык. Бог един. Иисус не был христианином, Будда не был буддистом, и Кришна не был кришнаитом.
Дед занял третью свою позицию – сел и положил ногу на ногу.
«Та-ак, беседа вошла в завершающую стадию», — с огорчением подумал я. — Ну вот смотри, — продолжил он, и я понял, что сейчас пойдут простые примеры для бестолковых, вроде меня.
— Есть пирамида с четырьмя гранями. Допустим, одна грань — христианство, вторая — ислам, третья — пусть будет буддизм, и четвёртая — индуизм. Вершина этой пирамиды — Бог, Абсолют. Люди, стоящие у каждого основания, не видят и не слышат друг друга. Но по мере приближения к вершине, то есть к Богу, грани пирамиды сходятся, и люди начинают видеть и понимать, что двигаются к одной цели, только разными путями. А на самой вершине, в соединении с Абсолютом, уже не так важно, каким путём ты шёл.
Дед замолчал. Я уже начал различать его молчание. И стал различать, когда он молчит, обдумывая что сказать, а когда его молчание как бы говорит: «Шёл бы ты уже отсюда, Саша...».
Я его прекрасно понял. Наглеть не стал, пожелал спокойной ночи и удалился к себе, планируя перед сном почитать пару глав книги о необыкновенном индусе, который взбудоражил миллионы людей своими идеями.
Глава 15
Утром двадцать четвертого марта, ровно в девять утра я стоял у дверей офиса, на которых крупными буквами было написано — ООО "АДМИРАЛ- ГРУПП", и ниже, буквами поменьше — "Проектирование, строительство и установка бассейнов под ключ".
— Вот сюда-то мне и надо — проговорил я и потянул ручку двери. На ресепшн сидела миловидная девушка с короткой стрижкой и ярко накрашенными губами, которая при виде меня начала старательно улыбаться, натягивая улыбку до ушей.
— Добрый день, — сказала она, по-прежнему пытаясь улыбаться во всё лицо.
«Видимо её так учили», — подумал я, а вслух сказал:
— Мы общались по телефону по поводу бассейна.
Она, не снимая улыбку с лица, заглянула в какие-то записи и, проведя пальчиком до нужной строки, прощебетала:
— Ага, Александр, правильно?
— Да, всё верно.
— Вас ждут, прямо по коридору, вторая дверь справа, — при этом она так хотела помочь мне сориентироваться в пространстве этого единственного коридора, что перегнулась через стойку и указала направление рукой, согнув её под невероятным углом.