Я сидел на лавочке в небольшом сквере и ел мороженое. Ел мороженое и думал о том, как мне лучше поступить. Снять квартиру или сразу взять ипотеку и платить уже за своё жильё? Я метался в сомнениях и страхах:
—А вдруг меня уволят или произойдёт что-нибудь непредвиденное? Со здоровьем, например. Тысячи мыслей проносились у меня в голове, и все они почему-то имели негативный окрас.
—Так! «Стоп!» —сказал я сам себе.
— Ты чего это, Саша, приуныл? Соберись, тряпка!
—Все эти мысли от ума, — вспомнил я слова Кузьмича, — а то и вовсе не твои. Поэтому цена им — медный грошик в базарный день! Не обращай на них внимание, и ты лишишь их энергии, а без энергии эти мыслеформы растворятся в твоём сознании без следа. Если же будешь продолжать думать в негативном ключе, со временем все они проявятся в твоей реальности тем или иным образом. Также можно применять практику подмены. Заменять пришедшую негативную мысль позитивной. Только делать это надо сразу, пока плохая мысль не закрепилась в твоём сознании.
—Окей, — сказал я вслух, — так и сделаем. Я представил, что живу в своей собственной квартире. С Ляйсан и её собакой Дусей. И все у меня хорошо, просто замечательно. И...
Звонок телефона прервал мои позитивные мысли.
—Александр, через двадцать минут можете забирать свою собаку.
—Хорошо, благодарю. Полтора часа в раздумьях пролетели быстро. Я встал со скамейки и неспеша пошёл в нужном направлении.
—Забирайте вашу красавицу, — сказала Кристина и протянула мне собаку, от которой пахло каким-то парфюмом.
—И вправду красавица! Сколько я вам должен?
—У вас была предоплата, ничего не надо платить. Только распишитесь в заявлении, что собака вам возвращена в целости и сохранности, без порезов и ссадин.
—Так, сейчас посмотрим, — серьёзно сказал я. — Ушей — двое, хвост — я развернул собаку хвостом к себе — присутствует, даже если и отстригли его по неосторожности, то пришили назад отлично, не подкопаешься. Я продолжил свой осмотр: —Лапы — раз, два, три, четыре, все на месте. Где расписаться?
С Ляйсан мы встретились возле её дома. Она занесла собаку и сразу же вышла обратно.
—Вот! — Она покрутила перед моим лицом своими ладошками.
— Как тебе?
Я посмотрел на новый маникюр и согласился с ней:
—Красиво получилось. А до этого какой был?
Счастливая улыбка сошла с её лица.
—Ты сейчас серьёзно?
—Что серьёзно? — не понял я.
—Я не такой реакции ожидала, Саша! — Она спрятала руки в карманы.
—А какой?
—А такой — «Вау! Какой шикарный маникюр!» Не красивый, Саша, а шикарный, понятно? И эмоций маловато, конечно. Ну, ничего, времени впереди у нас уйма. Я думаю, что у меня получится сделать из тебя человека, который замечает, когда я стараюсь! — Она сделала паузу, смотря на меня с наигранной строгостью, но в уголках её губ танцевала улыбка.
— И который отличает простой маникюр от шикарного! Тот, что до этого, был как раз простой, однотонный, а ты его даже не заметил! А этот я два часа делала, с вензелями этими! Вот смотри! Она снова вытащила руки из карманов и решительно сунула их мне под нос.
—Ну? — она подняла на меня ожидающий взгляд.
— Видишь эти белые завитушки на ногтях? И блёстки? Я присмотрелся, наклонив голову. И правда, на нежно-розовом фоне были выведены тонкие-тонкие узоры, переливающиеся при свете.
—Ого, — наконец-то вырвалось у меня, и я сам услышал, что на этот раз прозвучало искренне.
— То есть это прямо ручная работа? Вручную? Улыбка окончательно вернулась на её лицо.
—Ну, конечно! А ты думал как? Ну? Теперь «вау»?
—Вау, — честно сказал я, и она рассмеялась, довольная, и обняла меня за руку.
—Ну вот, прогресс налицо. Продолжим обучение в том же духе. Следующее домашнее задание — заметить новую сумочку без моего напоминания.
— Она взяла меня под руку и потащила вниз по улице.
—О-хо-хонюшки, — вспомнилась мне любимая присказка моей попутчицы бабы Нюры.
—Не вздыхай так, пожалуйста, а ты думал, тебе за просто так медаль героя вручат через десять лет? — Шутка про героя ей очень понравилась, и она вспоминала её при каждом удобном случае. —Слава Богу, уже не через десять, а меньше, — сказал я с наигранным облегчением и достал из кармана ветровки коробочку с браслетом, которую таскал с собою весь вечер.
—Это тебе, — сказал я просто.
Она остановилась, взяла мой подарок и, заглянув мне в глаза, спросила:
—А это что?
—Открой, посмотри.
Она сорвала упаковку и открыла коробку.
—Господи, тот самый! — она закрыла коробку и бросилась мне на шею. Потом потащила к ближайшей лавочке и, усевшись мне на колени, примерила.
—Шикарно! — сказал я, наученный горьким опытом.