Способ – Джата падха, когда слова произносятся в таком порядке: AB-BA-AB-BC-СB-BC.
Способ – Гхана падха, когда слова произносятся в следующем порядке: AB-BA-ABC-CBA-ABC-BC-CB-BCD-DCB-BCD.
Все эти ухищрения давали прекрасные результаты, если взять, например, Ригведу, которая содержит 1028 гимнов и 10 562 мантр или 74 000 слов, то за три тысячелетия она осталась почти без разночтений, кроме одного места, наблюдаемого в мандале 7, гимн 44, мантра 3».
А теперь в качестве одного из примера я вам прочитаю соответствующий гимн, состоящий из мантр, так или иначе связанный с проблемой возникновения смерти и фактора инцеста.
Мандала 10, гимн 10 «Яма Ями»
«Ями: как бы я хотела повернуть друга к дружбе, даже если он прошел много йоджан, через бурный поток. Предусмотрительный хотел бы иметь внука своего отца, представляя себе своего продолжателя на земле.
Яма: твой друг не хочет такой дружбы, когда женщина с одинаковыми признаками становится чужой. Сыновья великого Асура, герои, поддерживатели неба, смотрят далеко вокруг.
Ями: эти бессмертные желают вот чего: отпрыска от одного единственного смертного. Пусть твоя мысль покоится в нашей мысли, пусть войдешь ты в мое тело как муж к жене.
Яма: чего раньше мы не делали, как же это сделать сейчас? Громко говоря истинное, шептать мы будем не истинное. Ганхарва в водах и Водяная женщина – это наше происхождение, это наше высшее родство.
Ями: ведь еще в утробе прародитель создал нас двоих супругами, Бог Ваштар-прародитель, творящий все формы, никто не нарушает его обетов, свидетели в этом нам Земля и Небо.
Яма: кто знает об этом первом дне? Кто видел его? Кто здесь возвестит? Высоко установлены витры и варуныю. О сладострастная, что же ты обращаешься с таким соблазном к мужчинам?
Ями: ко мне, Ями, пришла любовь к Яме, чтобы лечь с ним на свадебное ложе. Как жена мужу, хочу я отдать свое тело. Да будем мы двое кататься туда-сюда, как колеса колесницы.
Яма: не стоят на месте, не смыкают глаз те, что бродят здесь, как соглядатаи богов. К другому, чем я, иди скорее, о сладострастная, с ним катайся туда-сюда, как колеса колесницы.
Ями: ночами и днями она услаждала бы его, в один миг обманула бы глаз солнца. У нашей пары такое же родство как у Неба и Земли. Ями взяла бы на себя поступок Ямы, не подобающий родне.
Яма: придут, конечно, те последующие поколения, когда родные будут совершать поступок, не подобающий родне, подкладывая руку под какого-нибудь быка. Ищи себе, прекрасная, другого, чем я, мужа.
Ями: к чему тогда есть брат, если приходится быть беззащитной? К чему сестра, если все равно обрушится небытие? Обезумев от любви, я шепчу это снова и снова: «Соедини свое тело с моим телом».
Яма: никогда не стану я соединять свое тело с твоим телом. Плохим называют того, кто войдет к сестре, готовь себе любовные утехи с другим, чем я. Твой брат, о прекрасная, не хочет этого.
Ями: ну и жалок же ты, Яма, ни разума, ни сердца у тебя не смогли мы отыскать. Другая, конечно, будет обнимать тебя, как подруга упряжного коня, как лиана дерево.
Яма: другого и ты крепко обними, о Ями. И другой пусть тебя обнимет, как лиана дерево. Это его мысль стремится покорить, а он – твою, и с ним добейся счастливого согласия».
Вадим Запорожцев:
Вот, друзья, фрагмент, которому несколько тысячелетий. И на первый взгляд возникает полнейшее недоумение, стоило ли запоминать пятью разными способами фрагмент довольно сомнительного содержания?
Но не все так просто. Перевод фрагмента, который я только что зачитал, сделала Татьяна Яковлевна Елизаренкова - женщина, совершившая подвиг, переведя все Веды на русский язык.
Этот фрагмент содержит, помимо основной сюжетной линии, гораздо более глубокий и неочевидный смысл: здесь и отголоски возникновения самого понятия смерти, и того, что понятие пола неразделимо было связано с инцестом, и что поэтому в инцесте заложен такой огромный потенциал.
Поэтому Веды, безусловно, нужно изучать не только по переводу, но и изучать древне ведийский язык, их нужно самим рецитировать на ведийском языке.
Безусловно, в древней мифологии есть подсказки, косвенно облегчающие нам понимание, так например, боги Яма и Ями считались прародителями человечества, то есть теми, кто впервые прошел путем предков, кто впервые познал смерть.