Васиштха ответил:
Рама! Отказ от всех понятий, обусловленностей и концептуализации бывает двух видов — одно основано на непосредственном знании или реализации, другое основано на размышлениях. Я опишу их тебе в деталях.
Человек должен осознать собственные заблуждения и неверные концепции, подобные таким, что «я принадлежу этим объектам мира, и моя жизнь зависит от них. Я не могу жить без них и они тоже не могут без меня существовать». Затем через детальные исследования, человек понимает, что «я не принадлежу этим объектам и они не принадлежат мне». Так, через размышления, отказываясь от чувства эго, надо играючи выполнять действия, которые случаются сами по себе, с сердцем и разумом всегда спокойными и невозмутимыми. Такой отказ от чувства эго и обусловленности называется созерцательным неэгоизмом.
Когда есть знание или непосредственное переживание недвойственной истины, человек оставляет чувство эго и обусловленностей, и не имеет чувства «это мое» даже по отношению к телу — это называется непосредственным переживанием не-эгоизма.
Человек, играючи отказывающийся от чувства эго созерцательным и мыслительным методом, освобождается еще в этой жизни. Тот, кто срубает чувство эго под корень непосредственным опытом, становится совершенно спокойным — он тоже свободен. Джанака и другие подобные ему следовали по пути раздумий. Другие, имеющие непосредственное внеэгоистическое переживание, едины с Брахманом и поднялись над осознанием тела. И те, и другие освобождены и становятся едиными с Брахманом.
Того, в ком желательное и нежелательное не вызывают волнения, кто живет и действует в этом мире, внутренне совершенно не затрагиваясь миром, как в глубоком сне, считают освобожденным мудрецом.
(Когда Васиштха сказал это, закончился еще один день. Собрание разошлось.)
Васиштха продолжил:
О Рама, вышедшие за пределы телесного осознания тоже вне всяческих описаний; сейчас я попробую описать тебе природу тех, кто освободился еще в этой жизни.
Желание, возникающее по ходу дела в результате естественных процессов, лишенное стремления к его исполнению — таково желание просветленного. Но желание, которое связано со стремлением к внешним объектам, способствует усилению несвободы. Когда в сердце прекратились все понятия, основанные на чувстве эго, внимание мудрого и просветленного направляется естественным образом. То, что страдает от контакта с внешними объектами, — это стремление, которое способствует несвободе; не затрагивающее сердце естественное случайное желание, не приносящее волнения ни в присутствии, ни в отсутствии объекта этого желания, — это освобождение. Это желание, существующее еще даже до контакта с объектами, существует и сейчас, и всегда — это естественно, беспроблемно и свободно от загрязнения. Такое желание рассматривается мудрыми как не привязывающее.
«Я хочу, чтобы это было мое». Такое стремление, возникающее в сердце, загрязняет его. От такого желания мудрый всегда отказывается, любыми средствами и путями. Откажись от желания, которое приводит к несвободе, и от самого желания освобождения — тоже. Оставайся спокойным и неподвижным, как океан. Когда вся вселенная видится как иллюзия, стремление и желание теряют свой смысл.
Четыре типа чувств возникают в сердце человека — 1) я являюсь телом, рожденным моими родителями, 2) я являюсь тончайшей сущностью, отличающейся от тела, 3) я являюсь извечной сущностью всех разнообразных быстротечных объектов этого мира, и 4) «Я» и «мир» — чистая пустота, подобная пространству. Чувства первого типа приводят к несвободе и все большей привязанности к этому миру, остальные три типа способствуют освобождению. Желания, подобные первому, ведут к несвободе, желания сопутствующие трем остальным не приводят к дальнейшему закабалению.
После осознавания, что «я есть сущность всего», человек не делает опять ошибки восприятия и не страдает более. Эта высшая сущность всего описывается разными людьми и писаниями как ничто, сущность, природа, Майя, Брахман, сознание, Шива, Пуруша и т. д. Только это является реальным; кроме этого нет ничего. Ищи прибежища в понимании недвойственности, потому что истина не двойственна, но действия двойственны и функционируют в видимой двойственности; и потому позволь своей сущности разделять и двойственность и недвойственность. Реальность не является ни двойственной (это разум создает разделения), ни единой (потому что концепция единства возникает из своего антитезиса о двойственности). Когда эти концепции прекращаются, бесконечное сознание осознается как единственная реальность.