Бхаса ответил:
Мне необычайно повезло снова тебя встретить, мой дорогой друг и брат. Можем ли мы, странники в этом мире, быть умиротворенными и счастливыми, пока не достигли высшей истины, пока психологические искажения не прекратились? Пока мы не пересечем этот океан цикла этого мира, можем ли мы быть спокойными и счастливыми? Пока надежды и желания, порождения ума, не разрушены полностью, — как мы можем быть спокойными и счастливыми?
Пока мы не достигнем познания самого себя, мы будем возвращаться снова и снова в это измерение смерти и рождения, чтобы снова пройти детство, юность, расцвет сил, старость и смерть — снова и снова мы будем выполнять те же бессмысленные действия и набираться одного и того же опыта. Желание убивает мудрость. От жизни остается все меньше и меньше, она теряется в удовлетворении чувственных аппетитов. Разум падает в колодец чувственных удовольствий. Удивительно, как и почему это тело, прекрасное подспорье чтобы перебраться на другой берег само-познания, становится жертвой мирской жизни! Во мгновение ока мелкая рябь разума приобретает огромные пропорции. Человек по глупости приписывает себе страдания и печали, которые на самом деле не имеют к нему ни малейшего отношения, и становится от этого несчастным.
Васиштха продолжил:
Так разговаривая друг с другом и поддерживая глубокие дискуссии о природе этого мира, они достигли высшей истины. Поэтому, О Рама, я тебе говорю, что нет никакого другого пути к освобождению от пут и пересечению океана иллюзий, кроме самопознания. Для познавшего истину этот океан несчастия не больше небольшой лужи. Он рассматривает тело, как зритель смотрит на отдаленную толпу. Поэтому боли, которые испытывает тело, его не касаются. Существование тела не уменьшает вездесущесть сознания — как волны не уменьшают полноту океана.
Как соотносятся лебедь, камень и бревно с водой, окружающей их? Никак, и так же высшее Я не имеет отношения к этому миру. Падающее дерево может поднять волны в воде — на это похоже ощущение высшим Я удовольствий и боли, причиняемых телу. Как из-за близости к воде, в ней отражается дерево, так тело отражается в высшем Я. Но как падающий в воду камень не повреждает ее и не повреждается сам, так и тело, входя в контакт с другими материальными объектами (такими, как жена, дети или материальные предметы), не причиняет никому ни вреда, ни боли, и само не затрагивается.
Отражение предмета в зеркале невозможно назвать реальным или нереальным, его реальность неописуема — так и тело, отраженное в высшем Я, не является ни реальным, ни нереальным, его реальность неописуема. Глупый человек принимает как реальное то, что он видит в этом мире, но мудрый так не делает. Как кусок дерева и вода, в котором он отражается, не связаны реально существующими отношениями, так и тело не связано с высшем Я. Более того, там, где такие отношения могли бы существовать, нет двойственности. Существует одно лишь бесконечное сознание, без субъектно-объектных разделений. В нем разнообразие только воображается, и то, что воистину не затрагивается страданиями, верит, что оно несчастно, — точно также, как тот, кто верит в то, что видит привидение, — видит привидение! Из-за силы воображения разума это воображаемое взаимоотношение становится действительной силой. Высшее Я не затрагивается болью и удовольствиями, но, считая себя телом, оно подвергается восприятиям тела. Отказ от такого глупого утверждения и есть освобождение.
Те, кто не поддались фальшивым идентификациям и привязанностям, быстро освобождаются от страданий. Обусловленности являются зародышем старости, смерти и заблуждений; когда они прекращаются, человек выходит за пределы заблуждений. Ограниченный разум создает оковы даже у аскетов, неограниченный разум чист даже у семейного человека. Ограниченный разум — это несвобода, освобождение — это свобода от обусловленностей (внутреннего контакта, привязанностей и идентификаций). Этот внутренний контакт, который подразумевает воображенное разделение, — единственная причина и свободы и несвободы. Действия, выполненные неограниченным — не являются действиями, а ограниченный разум действует, даже когда отказывается от действий. Действие и недействие — только в разуме, тело ничего не делает. Потому надо решительно отказаться от этого внутреннего разделения.
Рама спросил:
Что такое обусловленность, О мудрый, и как она связана с несвободой; и что такое освобождение и как его достичь?