Так раздумывая, Уддалака продолжал свои медитации. Но его разум не был спокоен. Иногда, однако, его разум оставлял восприятие внешних объектов и оставался чистым. В другие времена разум не хотел успокаиваться. Живя в лесу, Уддалака сильно расстраивался от таких перепадов состояний. Однажды он дошел до изолированного местечка в лесу, куда не ступала еще ничья нога. Там он увидел подходящую пещеру, которая казалась очень подходящей для достижения состояния полного спокойствия и умиротворения. Она была приятна во всех отношениях с цветами и лозами вокруг, с умеренной температурой внутри и блеском, как изумруд.
Васиштха продолжил:
Уддалака зашел в эту замечательную пещеру и уселся в медитативной позе. Решив достичь состояния ума без внутреннего диалога, он сконцентрировал свое внимание на умственных склонностях.
Уддалака так раздумывал про себя:
О ум, какое отношение ты имеешь к этому видимому миру? Мудрецы не желают и подходить близко к удовольствиям, которые потом превращаются в боль. Тот, кто оставляет спокойствие, которое можно найти в себе, и ищет вместо этого удовольствия вовне, оставляет прекрасный сад и идет в поле, полное ядовитых растений. Можно идти куда угодно, ты нигде не найдешь высшего спокойствия, кроме как через успокоение мыслей. Поэтому, оставь все надежды и желания. Все эти объекты, кажущиеся прекрасными, по природе своей не есть воплощение или не воплощение и не предназначены для твоего счастья.
Не поймайся, как олень, привлеченный звуками музыки и колокольчиков; или как слон, которого приманивают слонихой; или как рыбка, привлеченная приманкой на крючке; или как мотылек, летящий на огонь; или как пчела, ведомая запахом цветка, который закрывается на ночь и запирает пчелу внутри.
О глупый разум, все они погибают, поддавшись только одному из органов чувств (олень — слуху, пчела — запаху, мотылек — зрению, слон — прикосновению, рыба — чувству вкуса) — а ты подвержен всем пяти типам ощущений, как ты можешь быть счастливым? Как гусеница плетет кокон и сама ловится в нем, ты выплел сеть своих собственных концепций, которая поймала тебя самого. Если ты смог избавиться от всего этого, достигнуть чистоты, преодолеть даже страх жизни и смерти и достичь полного равновесия, тогда ты достиг величайшей победы. С другой стороны, если ты цепляешься за этот вечно меняющийся артефакт, называемый миром, ты обязательно погибнешь в печали.
Почему я тебе все это говорю, о разум — ибо если исследовать истину, можно убедиться в том, что разума нет! Ум — это результат глупости, когда глупость изнашивается, ум тоже изнашивается. Ты сейчас находишься в процессе распада. Какая глупость — говорить с тем, кто находится в процессе распада! День за днем ты становишься все слабее и слабее, и я отказываюсь от тебя; мудрые люди не учат то, что вот-вот выбросят.
О разум, я есть неэгоистичная бесконечность и однородное самосознание, у меня с тобой нет никаких дел, потому что ты источник эгоизма.
Уддалака продолжал раздумия:
Бесконечное самосознание не может быть в разуме, как слону невозможно поместиться в деревянном яблоке (деревянное яблоко, слоновое яблоко, wood-apple, — дерево, растущее в Гималаях, со съедобными плодами в твердой деревянной оболочке — прим. переводчика). Самосознание, которое в процессе само-ограничения заключает себя в ограниченность, — это и есть разум. Все это — результат глупости и непонимания, и потому я это принять не могу. Чувство собственного достоинства — детская концепция и ей может поверить только тот, кто не исследует истину.
Я аккуратно расследовал, я наблюдал все от кончиков ног до верхушки головы, и я не нашел ничего, про что можно сказать «вот это и есть я». Кто же этот «я»? Я есть вездесущее сознание, которое само не является объектом знания и свободно от чувства эгоизма. Я есть то неделимое, без имени и изменения, которое вне понятий единства и множества, которое вне измерений, больших или малых, и от которого нет ничего отличающегося. Поэтому, О разум, уходи, потому что ты есть источник страдания.
В этом теле, состоящем из плоти, крови, костей и т. д. — кто говорит «вот это — я»? Движение есть природа энергии, думание — сознания, старость и смерть естественны для тела — кто говорит «это — я»? Вот язык, это — уши, нос, движение, а это глаза, — кто может сказать «вот это — я»? Я ничего из этого, и я не ты, О разум, и не эти концепции, — на самом деле я есть бесконечное сознание, чистое и независимое. «Я — это все» и «я — ничто» — оба выражения выражают истину, ничто другое не является истиной.