В высшей сущности, бесконечном сознании, это создание появляется только на миг. В этот миг возникает иллюзорное понятие, что оно длится очень долго. Создание потом кажется плотным и реальным. Эта вселенная существует как сон в сознании Создателя, и она ощущается как долгий период в сознании (сне) всех существ, которые снятся Создателю.
Что бы ни было видно в какой бы то ни было форме в этом сне, оно тем и становится. Несомненно, когда разум болен или заблуждается, увидеть он может все что угодно. Нет ничего в этом мире, что бы он не мог увидеть. Даже в этом мире видится столько необычных феноменов — огонь горит в воде, вода повисает в воздухе, живые существа находятся в камне, несознательные машины делают что угодно. Можно увидеть даже и то, что без сомнения нереально, как можно увидеть во сне собственную смерть.
Здесь нет ничего реального и ничего нереального, все возможно в этом сне, называемом созданием! Как спящий видит сон, как нечто совершенно реальное, так и видящий это создание думает, что это нечто совершенно реальное. Как человек переходит из одного сна в другой, так он переходит из одного заблуждения в другое и таким образом ощущает этот мир как совершенно реальный.
Васиштха продолжил:
В этой связи я расскажу тебе легенду, О Рама, которую, пожалуйста, выслушай внимательно.
6.8. Сказка о сотне Рудр
Васиштха сказал:
Жил однажды бродяга, который много времени проводил в медитации. Его ум, очищенный медитацией, мог материализовать мысли.
Однажды, устав от непрерывной медитации, но все еще в концентрации, он о кое-чем подумал. Он вообразил, что родился в семье низкого происхождения, где даже не умели читать и писать. В тот же момент он оказался членом полудикого племени, и в нем возникло чувство, что это он и есть. В таком пригрезившемся состоянии он некоторое время жил в таком же пригрезившемся поселении. Однажды он напился и заснул. Ему приснилось, что он ученый человек из высшей касты, занятый изучением писаний. Он пожил такой жизнью, и однажды ему приснилось, что он — могучий царь и великий владыка. Однажды, после царственных увеселений, ему приснилась небесная нимфа.
Точно таким же образом, однажды этой нимфе приснилось, что она была оленем. А оленю приснилось, что он — вьюнок с замечательными цветами. Несомненно даже животным снятся сны, ибо такова природа разума, который может вспомнить то, что он видел и слышал. Олень стал вьюнком. Внутреннее сознание вьюнка представило себя в своем сердце пчелой. Он стал пчелой — и пчела начала собирать нектар на цветках вьюнка. Пчеле так понравился нектар в одном из цветков — и ни к чему хорошему это не привело!
Ночью пришел слон и съел вьюнок вместе с пчелой. Однако пчела увидела слона и подумала о нем и стала таким образом слоном. Слона поймали для царя. Однажды он увидел улей с пчелами и из-за памяти своих прошлых жизней он опять стал пчелой. Пчела начала собирать нектар на диких цветах и опять стала вьюнком. Вьюнок был съеден слоном, но так как он видел лебедей в пруду неподалеку, вьюнок стал лебедем.
Лебедь плавал в компании таких же лебедей, а бродяга, медитируя на этом лебеде, неожиданно умер. Его сознание осталось в лебеде.
Этот лебедь как-то увидел бога Рудру и в его сердце возникло убеждение «Я есть Рудра». И он стал Рудрой. Но Рудра знает все, как оно есть на самом деле! Поэтому он вспомнил всю случившуюся цепь событий.
Рудра вспомнил: «Удивительно! Какова ж эта загадочная Майя, вводящая в заблуждение все миры — ничего реального в ней нет, но она кажется такой настоящей! Первым делом, в бесконечном сознании, которое я собственно и есть, возник разум с объективным сознанием, космическим и вездесущим. Потом случайно я оказался ограниченным сознанием, которое тем не менее тянулось и зачаровывалось тончайшими аспектами космических элементов. Таким образом в какой-то момент я стал бродягой, занимающимся медитацией. Ничего не могло его отвлечь от практики созерцания.