Рама спросил:
7. У всех существ есть и тонкое, и материальное тело. Как может быть у Создателя Брахмы только одно тонкое тело?
Васиштха ответил:
8–9. Все существа, имеющие причину, имеют два тела – тонкое и материальное; но нерожденный, не имея причины, обладает лишь тонким телом. Только нерожденный Брахма является наипервейшей причиной всех разнообразных существ; у него же самого, нерожденного, нет причины, и потому у него только одно тело.
10–12. У изначального Создателя нет материального тела; он сияет, как пространство самого себя, своей сущности, имея только тонкое тело. Его тело – сущность мысли, и в его природе нет ничего материального. Тело изначального Создателя – чистое пространство, порождающее разнообразные существа. Не имея иных внутренних причин, эти существа являются формами этого пространства Сознания; каждый знает, что сущность причины и следствия всегда одна и та же.
13–18. Создатель является только высочайшим Сознанием и чистой нирваной, и создание по своей природе – только мысль, в которой нет ничего материального. Создатель есть изначальный всплеск Сознания, ментальное тело, возникшее как ощущение себя и предшествующее всем живым существам, пребывающим в сансаре. Из этого изначального волнения проявляется все творение, не имея иной отдельной природы, как от ветра рождается движение воздуха. Из волнения создается это творение как кажущееся, как видимость, которая воспринимается реальной. Как в пригрезившемся городе любовные утехи с прекрасной женщиной хотя и не реальны, но ощущаются удивительно реальными, так и Создатель всех существ, пребывающий сам в себе, нематериальный и бестелесный, имеющий форму пространства, кажется обладающим формой и телом.
19–21. Имея форму Сознания, он не возникает и не исчезает; он самосуществует по своей сути, не имея других причин, и потому не рождается и не умирает. Брахма, существующий лишь как мыслеформа, лишенная материальности, чья природа – только мысль, сам является причиной существования всех трех миров. Он – самопоявляющийся, как понятие, он – по своей сути пустое пространство, которое становится твердым, как скала.
22–25. Тонкое тело кажется плотным, если забыта его сущность. Так ребенок, воображая привидение существующим, начинает видеть его. Но Брахма, будучи великим Сознанием, не забывает своей природы. Имея чистый ум благодаря изначальному пробуждению, он не утрачивает знания о своем тонком теле. Для него не возникает привидение плотного тела, нереальное и преумножающее невежественные заблуждения, как иллюзорный мираж. Брахма – это чистый разум, в его природе нет ничего материального, и поэтому вся вселенная, порожденная им, тоже имеет природу ума. Ибо какова причина, таково и следствие.
26–30. Нерожденный не имеет никаких причин, и потому его порождения тоже беспричинны! Не существует никакого различия следствий от причины: как чиста причина, так же чисто и следствие. Но здесь вообще нет причин и следствий: каково безграничное Сознание, таковы и все эти три мира! Как будто приобретая свойства чистого разума, Брахма являет творение, не отличное от своей природы, как текучесть неотделима от воды. Его чистый ум простирается, как весь мир, который нереален, как воображенный город или воздушный замок, привидевшийся в облаках.
31–36. Материальности не существует, как в веревке нет змеи. Брахма и другие существа являют собой пробужденное чистое Сознание. Как они могут быть материальными? У пробужденного ума нет даже тонкого тела, откуда и как вообще возникли разговоры о материальном? Мыслеформы человеческого ума, обладая природой Создателя Брахмы, тоже видятся реальным миром. Ум имеет природу Создателя Брахмы, он полон различных мыслей и образов и, расширяясь, на основе самого себя создает свой мир. Брахма есть ум, ум – тело Брахмы, и нет никакой материальности! Она лишь воображаема. Как в семени лотоса заключается сам лотос, так в уме содержится воспринимаемый им мир. Никогда не было и нет никакой разницы между умом и видимым объектом.
37–39. Как все происходящее во сне или представляемое в уме видится и ощущается внутри, так и весь видимый мир видится и ощущается в глубине, в сердце. Как несуществующее привидение пугает ребенка, пребывая только в воображении, так разнообразные видимые формы страшат видящего их. Как росток пробивается из семени в надлежащее время и в соответствующем месте, так и воспринимающий ум прорастает видимым миром.