— Милая, если бы я мог, прописал бы тебе постельный режим на постоянной основе, — он обнял меня за талию, притянул ближе.
— Ты меня разбалуешь.
— Ни в коем случае.
И он снова поцеловал меня. На этот раз более страстно. Одной рукой он поддерживал меня за спину, другой провёл по моим бёдрам, затем крепко обхватил и поднял. Я вскрикнула от неожиданности, обвив его шею руками. Он пронёс меня через гостиную и опустил на диван, сам рухнув рядом.
Я отставила кружку на кофейный столик, чтобы не пролить, и пересела на него верхом. Рассматривала его сверху вниз, его шрамы, такое родное лицо. На нём были новые отметины — тонкая белая линия на щеке от когтя Крампуса, ещё одна у виска. Но они не портили его. Они делали его реальным. Живым. Моим.
— Ну что, мистер волк, готовы ко второму раунду? — спросила я, проводя пальцами по его груди сквозь ткань свитера.
Фенрир засмеялся, обхватив меня за округлившиеся бёдра.
— Женщина, никогда бы не подумал, что ты так опасна. Этой ночью ты задала мне жару.
— О, я слышу в твоём голосе слабину, — шепнула я, наклоняясь ближе.
Мои руки забрались ему под свитер, нашли тёплую кожу, шрамы, рельеф мышц. Его тело было картой всех его битв. Каждый шрам был историей, и я знала их все. Я касалась их, будто читая, напоминая себе и ему, что мы выжили. Что мы здесь.
Его дыхание участилось, когда я прижалась к нему ещё плотнее, почувствовав, как его тело откликается на моё. Он приподнял бёдра, и я услышала его тихий стон.
Я потянулась к его губам, жаждая снова ощутить их вкус, слиться с ним в этом сладостном, медленном танце, который мы оттачивали последние месяцы…
Оглушительный стук в дверь разорвал тишину.
Фенрир зарычал — по-настоящему, низко и глухо.
— Да кого, чёрт побери, к нам занесло?
— Ты забыл? — сказала я, с трудом отрываясь от него. — Мы ждём гостей.
— Но мы ждали их к вечеру, а не в середине дня! — он попытался удержать меня, но я уже соскользнула с него.
Стук повторился — настойчивый, нетерпеливый.
Я поправила свитер и волосы, глубоко вздохнула, пытаясь прийти в себя. Фенрир остался лежать на диване, закрыв глаза с выражением глубочайшего страдания.
— Иду! — крикнула я в сторону прихожей и пошла открывать.
На пороге стояли Бьёрн и Скади. Бьёрн, массивный в своей неизменной тёплой куртке, уже занёс кулак для нового удара, но рука замерла в воздухе, когда я распахнула дверь. Рядом, закутанная в толстую куртку и с холодным презрением взиравшая на происходящее, стояла Скади. На её щеках играл румянец от мороза, а зелёные глаза блестели.
— Знаешь, Элинор, — прохрипел Бьёрн, опуская руку и потирая костяшки, — вам давно пора сделать звонок. Я чуть руку себе не отбил, пока пытался достучаться. У вас тут стены, как у крепости.
— Прости, — сказала я, чувствуя, как жар разливается по щекам. — Я была… немного занята.
Бьёрн посмотрел на моё раскрасневшееся лицо, на смятый свитер, потом заглянул за плечо в полумрак прихожей. Его широкое лицо расплылось в понимающей ухмылке.
— А, понятно. Украшаете дом к Йолю? — спросил он, подмигнув.
— Можно и так сказать, — пробормотала я, отводя взгляд.
Скади, конечно, была проницательнее Бьёрна и всё поняла с первого взгляда. Она кашлянула, прикрыв рот изящной рукой в кожаной перчатке.
— Ладно, хватит стоять на морозе и выпытывать интимные подробности, — сказала она, и в её голосе прозвучала не привычная язвительность, а скорее лёгкая, снисходительная усмешка. — Может, нас всё-таки пустят в дом? Или мы будем праздновать на пороге?
Я поспешно отступила, впуская их. Холодный воздух ворвался внутрь, заставив меня вздрогнуть.
— Скади, только после тебя, дорогая, — галантно пропустил Бьёрн, сделав широкий жест рукой.
Скади слегка поморщила нос, но в её глазах мелькнуло что-то вроде удовольствия. Она прошла первой, ловко стряхнув снег с сапог на коврик. Бьёрн последовал за ней, оставив на полу целые комья.
В прихожую вышел Фенрир. Он выглядел уже более собранным, но во взгляде ещё читалось ленивое недовольство.
— Мы ожидали вас позже, — сказал он, скрестив руки на груди.
— Не могли усидеть на месте! — бодро отрапортовал Бьёрн, снимая куртку и развешивая её на вешалке, которая прогнулась под её весом. — Да и помощь вам наверняка не помешает, а, Скади?
Скади, снимая куртку и аккуратно вешая её рядом, фыркнула.
— Говори за себя. Мне не очень-то интересно чистить картошку или кашеварить. Я пришла пировать, а не работать.
— Ну-ну, моя маленькая лесная фея, — Бьёрн подошёл к ней и хотел потрепать по плечу, но она уклонилась, как кошка. — Старина Бьёрн может всё и сам приготовить, ты же знаешь!