— Глан-гери.
— Глан-гле-ри, — поправил его Йормунганд. Судя по манипуляциям чиновника, не досчитается он больше пары мечей.
— Гланглери, — согласился чиновник, — из Ирмунсуля.
— Все так.
— С целью?
— Реализация товара общего потребления.
Чиновник поднял голову.
— Вы же оружие продаете, — сказал он.
— В том числе. А так же ножи, топоры, бижутерию и полезные в хозяйстве мелочи.
— Хмм. Широкого профиля, значит, компания.
— Да. Вроде того.
— Целей свержения нынешней власти не имеете?
Йормунганд непонимающе нахмурился.
— Простите? Нет, я первый раз здесь.
Тукан наградил его тяжелым взглядом и вновь уткнулся в свою бумажку. Поводив по ней носом, развернул ее Йормунганду.
— Распишитесь здесь, господин…
— Гланглери.
— Господин Гланглери.
Йормунганд почувствовал, как позади него появился один из стражников.
— Сдайте оружие, — сказал господин Тукан.
— Что? Но я его продавать везу.
— То, которое при вас. По закону вы не имеете права находиться в черте города вооруженным.
— Но это не имеет смысла, у меня же полная телега этого добра, — попытался было возразить Йормунганд.
— Закон есть закон и каждый обязан подчиняться ему, — наставительно сказал Тукан.
Йормунганд молча сдернул с пояса ножны с мечом и сунул их стражнику рукоятью вперед.
— Можете идти, — сказал господин Тукан.
С секундным замешательством, Йормунганд поклонился и вышел.
— Странный малый, — сказал стражник, снимая шлем.
— Не из наших мест, — ответил государственный чиновник первого класса Туканус.
— Оружие. Да и все, что он везет работы Бьярне. Хех, проклятый цверг даже не постеснялся поставить свое клеймо.
— Недомыслие. Даже грамота кое-как исправлена. Мальчик же даже не знает, во что вляпался.
— Сообщить князю Эдегору?
— А вы еще не отправили курьера?! — Туканус всплеснул маленькими птичьими ручками. — Конечно, сейчас же.
Стражники задвинули створки ворот, едва Йормунганд отъехал. Он было спросил их, где находится оружейная, но те молча его проигнорировали.
Городок не поражал ни красотой, ни оригинальностью архитектуры. Что Йормунганду нравилось, так это обилие цветущих деревьев повсюду и чистота мостовых. Как обычно, Йормунганд выбрал самую широкую улицу и просто поехал вдоль нее, стараясь никого не задавить. Он с легким удивлением смотрел на серых женщин с разноцветными покрывалами и бусами на полных шеях, спешащих по своим делам с корзинками. Пару раз его взгляд останавливался на пестро одетых женщинах известной профессии. У одной из них он увидел даже большие, немного облезлые, перья в прическе. Его живо заинтересовало, что это за птица, и в каких краях водятся такие пташки, но разговоры требуют денег и времени. Сейчас у него не было ни того, ни другого. Последнее серебро он оставил в крестьянском доме, медяком же соблазнится совсем пропащая.
— Барышня, — обратился он, — останавливая телегу рядом с девицей, — будьте любезны, подскажите, как добраться до городской оружейной?
— По улице вверх, налево, потом от «Горячей телки» направо и до конца, там увидите, — сказала девица с перьями низким, совсем не идущим ей, голосом.
Йормунганд улыбнулся. Девица, заметив, что он медлит, качнула бедром и сказала:
— Шесть монет за ночь, дорогой. Принимаю любую валюту. И не бойся заразы, пользую даже местного лекаря.
— Спасибо, — сказал густо покрасневший Йормунганд и поехал дальше. Вблизи девица оказалась немолода. Груди уже опали, а локти и колени выглядели худыми и острыми. Но блеск глаз из-под перьев заставил чувствовать неуютно. Лучшее время этой шлюхи уже позади, но она вполне может пользовать местного лекаря, подумал он. Время и деньги.
Груженная сталью телега еле разминулась с торговцем капустой. Тот обрушил проклятия на голову Йормунганда и всех его родственников, ближних и дальних. Йормунганд начертал в воздухе знак неудачи и молча послал его торгашу.
Оружейная оказалась там, где шлюха и сказала. Строение из красного кирпича подпирало собой небольшую башенку, похожу на те, в которых обитали Дочери. Перед оружейной расстилалась стрелковое поле, огороженное по периметру редким частоколом, а в стороне виднелась кузница, чуть меньше, чем у Бьярне.
Рядом с кузницей стола небольшая толпа воинов в боевом облачении.
— Йормунганд!
Йормунганд похолодел.
— Йормунганд, господин Йормунганд из Ирмунсуля, — один из воинов отделился от остальных и уверенно направился к нему, — Вы меня не помните? Я Гарриетт!