– Уважаемый студент, – вмешался Аврам-Ицхак, многозначительно взглянув на сына, – будь добр, поясни нам: ты сомневаешься в авторстве Йошуа или намекаешь на преувеличение им собственных военных достижений?
– Кажется, я угодил под перекрестный огонь? – полушутя заметил Идо.
– О, дорогой наш гость, – спохватился Аврам-Ицхак, – это дружественный огонь!
– В таком случае, этот обстрел есть результат ошибки, – полускептически добавил Идо.
– Пусть ошибка, но с благими намерениями, – полусерьезно вставил Цви.
– Удобное кресло, свежий ветерок из окна и блаженство переваривания чудо-чулента располагают к откровенности и принципиальности. Ради истины взойду на костер. Отвечу на все вопросы, хоть есть в этом риск показаться невеждой, – умиротворенно сказал Идо.
– В таком случае я жду твоего слова, – проговорил хозяин.
– Произнесу его охотно. Наука сомневается в авторстве Йошуа и допускает возможность преувеличений, – ответил Идо.
– Ты, кажется, заметил, что обманные трюки на войне – оружие слабейшего. Неужто израильтяне, применив хитрые маневры и разгромив Йерихо, уступали врагу? – вопрошал Цви.
– Друг, я выразился иначе. Я говорил, что ложные ходы частенько применялись слабой стороной, и только это я сказал! Наши профессора требуют адекватных толкований. А что думают ваши раввины? – спросил в своею очередь Идо.
– Разумеется, они думают так же! – поспешил с ответом Цви и посмотрел на отца, моля взглядом о помощи, но тот молчал и снова усмехался в усы.
– Известно, что защитники Йерихо были оснащены не в пример лучше захватчика: фараоны вооружали их колесницами, конницей, дальнобойными луками и прочим, – продолжил Идо, – да только всего этого им давали мало, ибо египтяне опасались бунта.
– Ваша наука называет воинов Йошуа захватчиками? – возвысил голос Аврам-Ицхак, – а мы-то думали и нынче продолжаем полагать их освободителями завещанной Господом земли!
– Почтенный Аврам-Ицхак, прости нам, педантам, буквоедство! – парировал Идо.
– Так чья же армия была сильнее – израильтян или ханаанцев? – нетерпеливо спросил Цви.
– Ханаанцы превосходили мастерством, иудеи – числом, – ответил Идо.
– Молодой человек, что скажешь о боевом духе захватчиков и их несчастных жертв? – не утерпел Аврам-Ицхак.
– Боевой дух? Вот в нем-то и фишка, прошу прощения за жаргон, а, выражаясь культурнее – суть, – оживился Идо, – иудеи шли в бой со страстью фанатиков. С другой же стороны, мы располагаем древними египетскими письменами о деморализации защитников Йерихо – они сдавались, стоя на стене с поднятыми вверх руками, просили пощады, иные скрывались в лесах.
– Вечны закавыки в думах маловера! – бросил Цви.
– Скептик – мученик собственной проницательности! – игриво возразил Идо.
– По твоим словам, Идо, выходит, что дело решили фанатизм одних и страх других, – снова заговорил хозяин, – а мы-то полагали, что причина вещей коренится в вере: иудеи поверили в Бога, а язычники – в намерение Его помогать избранникам.
– Мне кажется, мы говорим об одних и тех же вещах, но называем их разными именами, – сказал Идо.
– Как корабль назовешь, так он и поплывет! – выстрелил Цви.
– А вот за высокими окнами храма науки, что думают об обрушении городских стен от трубного гласа и оглушительного крика? – спросил Аврам-Ицхак.
– За высокими окнами? Но я не профессор, я только учусь, и посему пребываю в нижних этажах храма! – пытался отшутиться Идо.
– Э-э-э, увиливаешь, братец! – погрозил пальцем Цви.
– Хорошо, отвечу и буду предельно краток: “Увы!”
– Ответ исчерпывающий, не так ли, Цви? – обратился Аврам-Ицхак к сыну.
– Безусловно, отец. Иного мы и не ждали.
– Дорогой гость, – торжественно заявил Аврам-Ицхак, – мы, люди простой веры, отнюдь не ретрограды и не жестокие злодеи, но приходится противостоять нападкам, ибо никак не уймутся оппоненты-злопыхатели! Наших мудрецов, да благословенна память о них, всегда занимал вопрос справедливости завоевания израильтянами земли, где до них обретались иные народы. И трудный ответ таков: правосудно сие, ибо на то воля Всевышнего. А наука ваша всякий раз снова и снова возвращается к решенному раз и навсегда делу.
3
Сытный чулент и стойкая оборона утомили Идо, и веки его смыкались. Хозяева предложили гостю переночевать, а с утра всем вместе отправиться в синагогу. Предложение было с энтузиазмом принято. Только коснулся Идо головою подушки, и уж через минуту крепко спал.