Аврам-Ицхак обратился к Цви с душевной просьбой: “Сын мой, охлади дружбы пыл. Ты сам слышал безбожные речи Идо. Апикоруса не заботит сохранение ценностей. Его словеса и мысли, их порождающие, вносят диссонанс в нашу гармонию. Не по пути нам с этим парнем!”
Цви почти согласился с отцом. Нет, он не раздружился вовсе с Идо, но просьба отца тоже кое-что значила, да и небеспочвенна она была. На долгие годы сохранилось приятельство, но не близость духовная.
Глава 13 Вопрос Калева и увещание Рахав
1
Первая кампания израильтян после перехода Иордана – покорение Йерихо – закончилась для Йошуа блестяще со всех точек зрения: разрушен город, убиты его жители, народ начал верить в благонамеренность Господа, а также в свою миссию завоевателя-освободителя-строителя. И, разумеется, нельзя не отметить события, ставшего важнейшим в личной судьбе полководца и пророка: он нашел себе невесту.
Йошуа велел своим лучшим ученикам, будущим знатокам Писания, молодым Гидону и Гиладу и их женам взять на себя труд ускоренного обращения Рахав в иудейскую веру. Чем раньше будут изгнаны бесы язычества из сердца молодой женщины, тем скорее жених в расцвете лет отдастся ласкам супружеского ложа и обретет душевное равновесие, столь необходимое зрелому мужу для предстоящих великих свершений. Быстрота усвоения новых идей способной ученицей являлась следствием ее сметливости и рвения. Возможно, нынешние блюстители чистоты веры усомнились бы в подлинности скороспелых перемен, но, к счастью для нареченных, ортодоксальные установления на сей предмет появились в земле Ханаанской много позже.
Теперь отступим ненадолго от ожидающих Йошуа романтических перемен и сообщим некоторые важные факты.
Во-первых, перестал падать ман с неба, и не стало его у израильтян, и они начали употреблять в пищу дары нив Ханаана. Прекращение действия чудесного источника пропитания иудеи резонно истолковали как знак необратимых перемен – теперь им предстоит самим возделывать эту землю и кормиться от плодов ее.
Во-вторых, Господь сказал Йошуа: “Сделай себе ножи кремневые и обрежь сынов Израиля”. И сделал себе Йошуа ножи кремневые и обрезал сынов Израиля. Вышедшие из рабства мужи не нуждались в этой процедуре, ибо еще в Египте с младенчества они несли на телах своих примету принадлежности к племени Авраама. Но за сорок лет странствий в пустыне, кроме достойных Йошуа и Калева, вымерло неугодное Богу поколение, а тяготы пути не располагали к обрезанию вновь нарождающихся. Только о лучших духовных питомцах Гиладе и Гидоне, а также о военных советниках Бараке и Барухе позаботился Йошуа загодя. Эти четверо молодых успели уже переболеть и помогали ветеранам Йошуа и Калеву исполнять указание Всевышнего.
И, наконец, в-третьих, явился к Йошуа некий человек, и меч обнаженный в руке его. Грозное оружие неизвестного не вселило страх в сердце полководца, и он спросил недрогнувшим голосом: “Наш ли ты или из неприятелей наших?” Ратник ответил: “Нет, я вождь воинства Господня; теперь пришел я”. Услыхав это, затрепетал Йошуа и пал лицом на землю и с готовностью исполнил категорическое требование пришельца немедля разуться, ибо место это свято.
Человек исчез, а Йошуа отправился в шатер учения и принялся обсуждать с Гиладом и Гидоном свершившееся, и обдумывать и трактовать событие. Калев же, узнав о происшествии, немало удивился. “Объясни, дружище, почему ты оробел, ведь не раз сам Господь заговаривал с тобой, да и тебе доводилось прямо обращаться к Нему, и ты не трусил, а перед посланцем Его упал на колени?” – спросил Калев. В ответ Иошуа обнял друга за плечи, улыбнулся и сказал: “Завтра моя свадьба с Рахав. Ты – самый почетный гость!”
2
Очень скромной вышла первая после победы над Йерихо иудейская свадьба.
– Слишком уж разнятся наши годы, – сказала Рахав, – зачем затевать шумное веселье, коли люди ехидны и желчны, и только и ждут случая поскабрезничать.
– Не сомневаюсь, Рахав, народ любит своего вождя и супругу его полюбит – возразил Йошуа.
– Возможно. Но любовь неплохо уживается со злыми толками.
– Ты не веришь в чистосердечие?
– Чистосердечие – не низкого люда достоинство, простонародью свойственна зависть обделенного. Отравляет чернь родники, из которых пьет. Поверь, Йошуа, былая синекура многому научила меня, все породы человеческие перебывали в моей харчевне. Чем меньше пригласим гостей – тем лучше.