— Ну, если я правильно помню, тебе очень понравилось, как я полакомился твоей.
— Никаких претензий. Просто домыслы, только и всего, — пробормотала она, и ее голос прозвучал хрипло.
— А знаешь, какие у меня домыслы? — поинтересовался я, и она покачала головой, обхватив руками мою шею. — Что спрятано у тебя под этим крошечным платьицем. Это сводит меня с ума с тех пор, как ты вошла в магазин.
— Это секрет, но я покажу тебе, если ты скажешь волшебное слово.
— И что же это за волшебное слово?— спросил я, когда она притянула меня ближе, и ее губы оказались в опасной близости от моего уха.
— Пожалуйста, — прошептала она.
«Снова хорошо разыграно, Ангелочек».
— Значит, ты собираешься заставить меня умолять?
— Аха.
— Хорошо, в таком случае — мои руки скользнули вниз по изгибам ее тела, добравшись до бедер — пожалуйста, ангелочек. Покажи мне.
Она издала тихий стон, и прикрыла глаза, не колеблясь ни секунды, опустив руки с моей шеи и просунув их между нами, медленно задирая ткань своего платья.
Это было слишком даже для страждущего меня...
Сантиметр за сантиметром она обнажала свою светлую кожу, искушая меня сорвать с нее остатки одежды, пока я не получил бы доступ к ее телу, беспрепятственно проводя по нему руками. Но я сдерживал себя, стиснув зубы, и наслаждался представлением с восторженным вниманием, зарычав, когда маленький красный лоскуток наконец появился в поле зрения.
Рефлекторно я обвил ее ноги вокруг своей талии и провел языком по изгибу ее шеи, вылизывая дорожку до самого уха.
— Предупреждаю тебя, Иден. Если ты скажешь, что надела их для меня, я сорву их с тебя в последующие пять секунд.
— Тогда скорее срывай, — ответила она, откинув голову назад, чтобы обеспечить мне лучший доступ. — Потому что именно для этого я их и надела.
Иисус гребаный Христос.
Ухватившись рукой за одну из тонких лямок, я тянул до тех пор, пока характерный треск материала не исторг из нее шипение. Чем больше я тянул, тем громче она скулила, и когда ткань, наконец, разорвалась полностью, я подавил ее крик, и, отбросив вещицу на пол, быстро просунул руку между ее ног. Черт, я едва коснулся ее и едва поцеловал, а она уже была готова. Мокрая и готовая для меня, погружавшего палец в ее тело и одновременно целующего ее губы.
— Уже такая мокрая, ангелочек.
Я погрузил палец глубже.
— И такая теплая. Кого-то посещали развратные мыслишки.
— Весьма развратные, — согласилась она, с приоткрытым ртом.
— И что они влекут за собой?
— Тебя — вздох — и меня.
— Что еще? Продолжай, — потребовал я, вводя в нее еще один палец.
— Твою руку в моих волосах.
Вздох.
— Шлепок по заднице.
Стон.
— Твои губы на моих.
Вздох.
— И мой член глубоко внутри тебя?— уточнил я, завершая ее фантазию, на что она простонала «да», и звук эхом отразился от стен опустевшего магазина.
Я удовлетворенно улыбнулся, двигая пальцами все быстрее и быстрее, запустив руку в ее волосы, чтобы удержать на месте, и стал осыпать поцелуями ее грудь, потянув зубами мягкую ткань платья. Ее сиськи, полные и круглые, так и просились на свободу, едва сдерживаемые красным лифчиком, который подходил к лежащим на полу испорченным трусикам. И они скоро освободятся, когда она окажется прижатой спиной к твердой поверхности, а я смогу лучше распорядиться своими руками. Моя фантазия на тему байков подождет.
Задавшись новой целью, я вытащил пальцы, заставив Иден захныкать, и подхватил ее на руки, пройдя небольшое расстояние до машины, которая неизменно находилась в задней части магазина— Камаро моего отца, 69-го года. Усадив ее на черный капот, я сорвал с себя футболку и устроился между ног Иден, лаская губами ее тело.
Иден содрогалась и бормотала что-то нечленораздельное, а ее глаза были плотно закрыты, пока я продолжал свои ласки. Зацепившись пальцами за лифчик, я стянул его и обхватил ее сиськи, уделяя внимание каждой, облизывая, покусывая и посасывая, пока ее спина не выгнулась дугой.
— Тебе нравится грубость, не так ли?— спросил я, снова прикусывая сосок, и ее бесстыдный стон был единственным ответом, который мне требовался.
— Мы можем устроить это, ангелочек. Здесь и сейчас.
— Как?
— Как?— усмехнулся я.
Ей нужен был план действий? Я предоставлю его ей.
— Я пошире раздвину твои ноги, оберну их вокруг себя и...
— Нет, как…— перебила она. — Как у тебя получается не бояться меня? Как ты можешь хотеть меня после...
Внезапная вспышка гнева пронеслась сквозь меня в ответ на ее расспросы, и я положил руку на ее шею, остановив поток слов, пока Иден не открыла глаза и не посмотрела на меня. Сосредоточив ее внимание на себе, я снова погрузил пальцы в ее пи*ду и принялся за дело, намереваясь выкинуть все подобные мысли из ее головы.
— Прекрати зацикливаться на прошлом, Иден, слышишь меня?
Я сжал ее шею с еще большим давлением, и она кивнула, обхватив рукой мое запястье.
— Если бы Скарзи не был причиной, ты бы все еще пыталась убить меня?
— Нет, — ответила она без колебаний.
— Вот и прекрасно, так что забудь об этом. Или ты хочешь, чтобы я остановился?
— Нет...
Ослабив свои ласки, я оставил пальцы погруженными глубоко в нее.
— Что что? Я не расслышал.
— Нет.
На этот раз ее ответ был громче, но все равно я не был удовлетворен.
— Да? Мне остановиться?
— Нет, нет, бл*ть, не останавливайся, — выкрикнула она, и беспокойно задвигала руками по телу.
— Хочешь, чтобы я трахнул тебя, Иден? Прямо здесь, прижав к капоту?
— Да, пожалуйста, прямо здесь... — умоляла она, пока я расстегивал ремень.
— Как ты хочешь?
— Жестко...
Я расстегнул пуговицу на джинсах.
— И?
— Быстро...
Я достал из кармана фольгированный пакетик.
— И?
— И грубо...
Рыча, я сбросил штаны вместе с трусами и раскатал презерватив по своему напряженному члену. Она хочет грубо? Она это получит. Так грубо, что наконец перестанет терзать меня расспросами.
— Готова?— прохрипел я.
— Бл*ть, да!
— Тогда закидывай их, — потребовал я, расположившись у ее лона, когда она подчинилась и закинула ноги мне на плечи.
Без всякого предупреждения я вошел в нее одним быстрым толчком, откинув голову назад от ошеломляющего ощущения жара, охватившего меня.
Тугая.
Теплая.
Влажная.
Моя.
По крайней мере, на данный момент она была моей. Я отдавался с полной силой, словно тоже принадлежал ей, толкаясь в нее все сильнее и быстрее в сопровождении ее возгласов наслаждения. В прошлый раз, когда мы были вместе, обзор был минимальным — ее киска была близко, но лицо далеко, будучи скрытым темнотой ночи. Но в этот раз я мог видеть ее — всю ее, и это было самое сексуальное зрелище, которое я когда-либо встречал: разметавшиеся волосы, раскрасневшаяся кожа, покачивающиеся сиськи и устремленные на меня глаза. Даже самое хорошо снятое порно не могло сравниться с этим.
Поднеся большой палец к ее клитору, я стал тереть его быстрыми круговыми движениями, не зная, сколько еще смогу продержаться, если ее киска не перестанет сдавливать мой член.
— Кончишь для меня, ангелочек?— спросил я, тараня ее без устали.
— Да, — выдохнула она.
— И когда же?
— Прямо — ее дыхание сбилось — сейчас!