К Девяти Часам в АД
Солнце ослепительным белым свечением заливает город. Так бывает, когда воздух и все вокруг раскаляется до бела. Можно запросто обжечься только лишь глубоко вдохнув этой живительной силы, которая с большим удовольствием сожжет тебя изнутри. Звезда не щадит свои непослушные протуберанцы и остервенело выдавливает из себя весь тот жар, что накопился за ночь. В двенадцать часов дня уже страшно палит. Деревья слегка с грустью повесили ветки, изнуряя от жары. Вода же, напротив, игриво отплясывает вместе с солнечными зайчиками залихватские танцы на поверхности. Мир, словно огромный котел, пышущий жаром. Джим идет по набережной, глубоко погруженный в свои мысли. В голове играет какая-то дурацкая и слишком веселая мелодия, которую он никак не может опознать. Что-то про золото, потолок и что-то еще такое назойливое. Он пинает ногой камешки и любой мусор, какой ему попадается на пути, чисто машинально, будто это игра всей его жизни, которую он никак не может оставить. Словно эта игра - это само собой разумеющаяся вещь. Джим чувствует прилив бодрости всякий раз, когда ему удается выпнуть очередной несчастный камушек за пределы дороги. Он чувствует себя звездой футбола, которого боготворят обезумевшие фанаты. Его носят на руках, молятся на его ногу и называют детей в его честь. Он уже начал раздавать автографы на груди пышногрудых красоток, как желудок не вовремя вспомнил, что хозяин давно его не кормил. Он издал протяжный недовольный стон, который перерос в зловещее негодование, в муках которого Джим услышал собственный болезненный крик. Он попытался успокоить желудок, несильно похлопав по животу. Ведь сейчас ему только и остается, что питаться перспективой и туманными надеждами. Джим скривился от секундной боли, а когда отпустило, вновь пошел вперед как ни в чем не бывало, пиная камушки, наполненный противной мелодией, в ожидании следующего удара в спину от собственного желудка. В свои тридцать с небольшим лет Джим на редкость ленив. Вместе с этим стоит упомянуть о такой сложной материи как удача, к которой Джим имеет примерно такое же отношение, что и обладатели почетной премии Дарвина. Это особенно хорошо проявляется на фоне его рабочих способностей. Три месяца назад он потерял работу и не слишком спешил находить новую. Как и она его. Джим работал охранником на платной парковке. В его обязанности входило впускать и выпускать нужные машины. Ничего сложного, казалось бы, на первый взгляд. Но самое главное для такой работы – это умение не спать тогда, когда надо, чего Джим никак себе позволить не мог. Однако сначала время шло своим чередом, все было неплохо, пока в один прекрасный момент Джим, как и обычно, не задремал сладким сном. По крайней мере, так он сказал полиции. На самом же деле он храпел так, что распугал всех голубей, которые частенько бродили возле его рабочей будки. Они оставили целую инсталляцию тщательно переработанную своими испуганными пернатыми телами, которую легко можно было бы принять за экспонат на выставке современного искусства.
- Да я всего на секунду глаза закрыл. Не пойму, как они успели? – недоумевал Джим.
В ту ночь пять человек смогли вывезти со стоянки пятнадцать машин. Это не были какие-то гении современного преступного мира. Ни Аль Капоне, ни мистер Оушен со своими друзьями. Первым в списке подозреваемых, разумеется, был Джим. Справедливости ради, этот список он возглавлял недолго. Полиция быстро раскусила Джима. Полицейскому хватило одной непродолжительной беседы, чтобы понять, что такой болван, как Джим просто не способен на такое. По камерам видеонаблюдения было видно, как он спит, пуская совсем даже не скупые слюни. А организацией такого великого преступления он просто был не в состоянии заняться. Преступлением Джима была его глупость, которой и воспользовались воры. Джима отпустили домой. Он немного расстроился, что подвел мистера Гаррисона, но расстройство ушло, когда по дороге домой он успел купить шоколадное молоко в магазине до его закрытия, ведь обычно ему этого не удавалось. Джим возвращался домой либо слишком рано, либо слишком поздно, а шоколадное молоко он очень любил. Преодолевая желание выпить его по дороге, Джим думал, как завтра он будет сидеть на посту и ни за что на свете не станет спать. Опустошив весь пакет сразу, как очутился дома, Джим довольный лег спать, забыв обо всем, что случилось. Придя на следующий день в ночную смену, он был крайне удивлен, тем, что мистер Гаррисон снова отправил его домой. Он не ожидал отпуска после такого инцидента. Ведь он не устал и отдыхать ему не хотелось. Наверное, мистер Гаррисон просто заботился о нем, после такого-то стресса. Однако мистер Гаррисон переживал напрасно, ведь с Джимом все было в порядке.