Джим поднялся по лестнице к входной двери дома и смело дернул ручку, дверь жалостливо хрустнула, но не поддалась. Вместо этого дверная ручка осталась у Джима в руке. Он не раздумывая бросил ручку в куст рядом с лестницей и сделал озадаченное лицо. Джим огляделся как вор-рецидивист и, удостоверившись, что за ним никто не наблюдает, толкнул дверь плечом. Она сопротивлялась как могла. Джим подумал, что хуже быть уже не может. Но через десять секунд предательски пошел дождь. Джим и заметить не успел, как сумрак вытеснил солнечный свет. Отчаяние намекало Джиму, что ему конец. Джим сделал еще пару-десятков попыток вломиться в дом, но дверь не поддалась. Джим сел на ступеньку лестницы, он был мокрый с ног до головы. С лица капала вода, сразу и не догадаешься были это слезы или издевающийся дождь. В этой битве он явно не был победителем. Дверь заливалась истерическим хохотом, а дождь продолжал издевательски поливать. Тогда Джим взял всю свою силу и энергию в кулак и бросился на дверь. Он накинулся на нее с такой силой, что та от неожиданности приотворилась на пару миллиметров. Джим опешил от радости, а потом схватился за голову. Он просунул пальцы в образовавшуюся щель и открыл дверь. Оказывается, она открывалась на себя. Эти двери испытывают его. Джим уже счастливый стоял внутри и любовался слезающей со стен краской. Он поднялся на третий этаж и пару минут потратил на поиски нужной ему квартиры. Дрожащей рукой он нашел ключ, еще пару минут потратил на то, чтобы вставить его в замочную скважину. Джим выдохнул и открыл дверь. Он в собственном доме. Перед его взором предстала типичная холостяцкая комнатушка, плавно перетекающая в кухню. В комнате стоял диван, стол, ну и все, больше там ничего и не было. Джим прошел в комнату, разрываемый собственной улыбкой. Он ходил по квартире с блаженством рассматривая каждый угол, на фоне тихо играла знакомая музыка. Джим прошел на кухню. Первым делом он обратил внимание на холодильник и небольшой шкафчик. Он распахнул и то и другое, и радостно вскрикнул. На полке стояли его любые хлопья, а в холодильнике шоколадное молоко. Он схватил пачку хлопьев, молоко и сделал себе любимую еду в чашке, которую обнаружил неподалеку. Счастью не было предела, несмотря на то, что он был насквозь мокрый. После ужина Джим собирался провести свой вечер за увлекательной игрой, которая ждала его на обороте пачки хлопьев, но решил, что необходимо привести себя в порядок. Ведь он теперь человек важный. Джим и не надеялся, что его жизнь так кардинально изменится, что он стает по-настоящему нужной частичкой чего-то большего, чем он сам.
После размышлений о своем величии Джим осознал, что его новый дом вряд ли может пахнуть помоями, а значит наступила пора принять душ. То, чего ему так не хватало.
Он всегда относился к приему душа иначе, нежели другие люди - нормальные, в понимании современного мира. Точнее в понимании людей истинно полагающих, что их представление о мире самое нормальное. Он считал процедуру принятия душа некой, как бы это смешно не звучало, сакральной церемонией. Все это, конечно, касается того времени, когда у него было место, где он мог проводить свой таинственный обряд. Он не шел в душ, когда от его запаха даже крысы воротили нос и делали себе харакири. Он шел в душ, когда нуждался в очищении. Но в очищении иного рода, не столь привычного для нормального человека. Он очищал голову от мыслей, полностью освобождал ее от всего лишнего, чтобы его сознание вновь открылось для него самого. Он мог просто стоять под струей воды несколько десятков минут пока не почувствует характерный хлопок в голове, означающий конец этапа жизни всех мыслей, заполняющих в тот момент его голову. Это означает, что первая фаза церемонии окончена и необходимо срочно приступать ко второй. После душа он ложится в кровать (ему всегда хочется спать в этот момент). Глаза склеиваются словно залитые монтажной пеной, тело расслабляется и готовится отойти в царство подсознания, где нет реальных бед и катастроф, а лишь плод больной фантазии. В этот самый момент из, раскрывшегося в глубинах черепной коробки, гигантского туннеля под названием мозг вырывается локомотив, тянущий за собой бесчисленное количество вагонов, заполненных мыслями и идеями. Ни о каком сне не может быть и речи. Даже зевота не в состоянии справиться с этим. Именно это состояние важно и необходимо. Он прекрасно знает, что следующая фаза лишь миг, который нужно успеть поймать и оседлать, иначе он просто проскочит мимо. В конечном счете тело все же перекрывает этот поток сознания и полностью отдается во власть фантазиям, захламляя память ненужным барахлом. И когда Джим чувствует, что снова потерял нить чего-то важного, он снова отправляется чистить свое сознание. Со стороны может показаться, что Джим – человек глубокого познания, и благодаря такой процедуре вот-вот совершит великое открытие, однако все это происходит только для того, чтобы странности Джима не перехлестнули через край. Он был так уверен в своей уникальности и отчаянном чувстве важности, что даже представить не мог, что он далеко не первый в этой очереди.