- Тебя что-то беспокоит? – спросил Адам.
Джим вспомнил Дэвида и его дружков.
- Не особенно, - спокойно ответил Джим с фальшивой уверенностью в голосе.
- Ты уверен? – с улыбкой поинтересовался Адам. – Звучит не очень уверенно.
Джим сглотнул, в голове мелькнула мысль, что ему что-то известно, что он его проверяет и хочет, чтобы Джим сам все рассказал. «А вдруг ему что-то про меня рассказали?».
- Я просто устал.
И это было правдой, конечно, это к состоянию Джиму имело опосредованное отношение, но свою роль все же играло. Джим просто выбрал самый безобидный вариант, как он думал.
- Понимаю, - кивнул Адам. – У меня тоже бывают дни, когда я чувствую, что жизнь настроена против меня.
- Да ладно? – не поверил Джим.
- Да-да, представь себе. Меня тоже мучают кошмары. Бывает лежишь и заставляешь себя спать. Веки самопроизвольно открываются, не слушаются твоих команд. Но тебе каким-то образом удается заставить мозг прикрыть их и заснуть. Однако через три часа ты просыпаешься, понимая, что больше не в силах. Мысли обуревают тобой. В голову лезет всякое, по большей части всякая бесполезная ерунда, вроде мыслей об отличиях правого носка от левого. И ты не понимаешь, как такое может быть, а главное почему?
Джим пытался понять, что Адам хотел ему сказать, но чем больше старался, тем меньше понимал.
- Вскоре все это проходит, - продолжил Адам. – И ты снова боеспособная единица. Кошмары уходят, проблемы решаются, а жизнь становится чище и приятнее.
Джим понимающе кивнул, хотя ни слова не понял. Но ему хотелось, чтобы Адам оценил его положительно, ему хотелось добиться его расположения. Эту притягательную энергию хотелось завоевать и быть ее частью.
- Я приглядываю за тобой с первого дня, Джим.
- Серьезно? Зачем?
- Ты не такой как они.
- Кто?
- Все они, кто находится здесь.
Джим чувствовал себя неловко. Он не мог понять, хвалят его или нет.
- Ты, наверное, сто раз слышал эту байку об уникальности каждого отдельно взятого человека. Но это не совсем так, Джим. Оболочка разная, да и то, не всегда. Обрати внимание, как много похожих людей. Чего уже говорить о незримом наполнении. Модели поведения и причины поступков, иллюзии, причуды сознания, которые сводятся к вполне определенным группам, которые у всех современных людей общие. Они не уникальны. Они ищут лазейки, чтобы как раз стать более похожими на всех остальных. А ты не ищешь.
- Не ищу? – удивленно переспросил Джим.
- Я уверен, что нет. Это они тебя ищут.
- А зачем?
- Чтобы сделать таким же, как и они все.
Адам остановился и повернулся к Джиму.
- Мы пришли. Может быть ты хочешь мне что-то сказать или спросить?
Он улыбнулся своей беззаботной улыбкой, и Джим почувствовал облегчение. Словно он рвался под водой к поверхности, с привязанными гирями. И когда уже, казалось, что надежды нет, гири неожиданно лопаются, как воздушные шарики, и он пулей вылетает на сушу.
- Ну, - затянул Джим, - мне интересно. Преступления же совершаются и ночью, так? А мы ночью не работаем. Выходит, что преступники могут спокойно ночью делать свои грязные дела?
Адам будто разочаровался услышанным.
- Все работает несколько иначе. Существует ночная смена. Они приходят после вас, а уходят незадолго до вашего прихода на работу. К тому же не стоит забывать про обычных полицейских. Ты только это хотел узнать?
Джим стоял с чуть приоткрытым ртом и смотрел на Адама отсутствующим взглядом.
- Понятно, - понимающе сказал Адам, затем похлопал Джима по плечу.
Джим очнулся, когда Адама уже не было поблизости. Он стоял на пороге пещеры мониторинга и недоумевал: «Чего он хотел?». Джим с затуманенным рассудком направился к своему месту, не обращая ни на кого внимания. Только на месте он увидел приклеенную к экрану бумажку с надписью «чудик». Джим аккуратно ее отклеил и прилепил в центре стола. Он еще пару секунд смотрел на этого «чудика», ничего при этом не чувствуя, а потом окунулся с головой в «ОКО».
Дни летели один за другим. Джим, наконец, осознал свою эффективность. Он ловил преступников в таком количестве, что Винер в шутку ли начал бояться, что в городе скоро не останется жителей. Джим не щадил никого. Бросил окурок – преступник, не включил поворотник в машине – преступник, не доплатил один цент – преступник. А в перерывах, до и после работы Джим беседовал с Адамом. И он никогда еще себя так хорошо не чувствовал. Их беседы были как глоток холодного шоколадного молока. Адам то поучал Джима, то рассказывал ему что-то новое, то просто вел бессодержательные монологи. Иной раз казалось, что он хочет чем-то поделиться, но не может по каким-то не зависящим от него причинам. Джим так и не смог понять, чем занимался Адам в АДу. Все обращались с ним почтительно вежливо и похоже было, что слегка побаивались. Джим не мог этого понять, потому как у него никаких предупреждающих чувств не возникало, скорее наоборот. Рядом с Адамом Джим чувствовал силу и ясность ума. Они часто общались на «пограничные» темы, про которые Джим обычно боялся открыть рот.