Но если я сделаю комуто зло, то оно потом вернется ко мне, обязательно вернется, я знаю. Вот поступил я плохо, а потом мне сделали плохо. А я не хочу, чтобы мне делали плохо.
Кто тебе сказал эту чушь? – возмутился Адам.
Это не чушь! Моя воспитательница в детском доме. Святая женщина. Я верю ей.
У меня для тебя плохие новости.
Что? Какие?
Она нагло манипулировала тобой. Встраивала тебе ложную, не имеющую никакого отношения к реальности, систему мира.
Манипулировала?
Да, управляла, как марионеткой. Трясла ниточками и натягивала фальшивую миловидную улыбку. Чем обусловлена такая кармическая месть? Кто за этим следит?
Не знаю. Никто не следит, оно само следится!
Тото и оно. Дело в том, что никакой кармической мести не существует. Оглянись вокруг, люди, делающие плохо не получают по заслугам, а настоящим героям не вешают награды. Справедливости нет, кармы не бывает. Есть только закон, который к справедливости имеет весьма далекое отношение.
Но у нас же полная контора преступников.
А все ли они преступники? Убийцы попали в АД только потому, что мы следим, ищем и находим. А не потому, что ктото или что-то решило наказать его за грехи. Справедливость, карма - это все человеческие иллюзии, которыми они огораживают себя, чтобы оправдывать смысл своего бесполезного существования и утолять черную жажду крови и мести. Что уже противоречит самому смыслу существования этих понятий, и что в них вкладывает человечество. Нет никакой доброй справедливости, как нет и плохой. Ты меня понимаешь?
Значит я могу делать людям плохо и мне ничего за это не будет?
Ты можешь попробовать. Если это не противоречит твоему внутреннему состоянию, и ты не находишься в разладе с самим собой, то пожалуйста, но тогда, если тебе не повезет, тобой займется закон.
А разве закон не строится на том, что мы выбрали в качестве эталонов?
Это не ты выбрал, это за тебя выбрали. Почему природа наделила нас самосознанием? Мы сами в состоянии определить моральную сторону наших поступков.
А если я всегда буду делать только добрые дела?
То, это не гарантирует, что ктонибудь не причинит тебе вреда.
А что насчет зла? Что если я буду злым, но в пределах закона?
Зла нет, Джим. Есть несовершенство добра. Закон тебя настигнет. И это не потому что, ты злой. Если тебе будет комфортно в этой шкуре, то ты добьешься больших успехов. Но никто не сможет оградить тебя от таких же как ты. И тогда, в конце концов, когда ты будешь вытаскивать нож из спины, ты поймешь, что делал чтото не так. А значит и весь мир делает не то, что необходимо.
Я ничего не понимаю.
А почему ты должен это понимать?
Не знаю. А как мне тогда поступать?
Ты не меня должен спрашивать, а себя. Я лишь говорю, что кармической мести, будь она добрая или плохая, не существует. А дальше, ты уже какнибудь сам.
У меня голова заболела.
Адам положил руку на плечо Джима:
Не переживай, скоро пройдет.
И ровно через минуту боль отступила.
Джим с легкой головой вернулся на свое место. Он думал о словах Адама и о том, как это все вяжется с тем, что происходит в АДу. Это была высшая социология. А у Джима всегда начинает болеть голова, когда речь заходит о чем-нибудь высшем. Он уселся за «ОКО» и заметил, как его коллеги перешептываются, да косятся как-то странно, будто он забыл надеть штаны. Джим на всякий случай посмотрел вниз и проверил ширинку, ведь такое с ним действительно случалось. Однако все было в порядке. Внезапно перед ним возникло лицо Стива.