- Не торопитесь, - с высоко поднятой головой проговорил Габриэл.
- Что еще? – огрызнулся Джим.
- Вас просит Адам.
- А чего он сам не пришел?
- Ответы сего рода не входят в перечень моих обязанностей.
- А хоть какие-нибудь ответы вообще входят в твои обязанности, гусь несчастный?
- Только те, которые Вы не способны понять.
- Что?
- Пройдемте.
Припираться с Габриэлом Джиму совсем не хотелось. Это не тот человек, с которым стоило бы вести спор. Все равно проиграешь, даже если будешь считать, что победил. Поэтому Джим послушно направился за Габриэлом. Тот повел его в противоположную сторону от отдела мониторинга по черной линии. Они прошли несколько скульптур, которые были расставлены в пещере, и Джим только сейчас заметил какие угнетенные у них лица. Неожиданно черная линия прервалась около входа в очередную пещеру. Габриэл остановился и повернулся боком, указывая Джиму рукой направление его дальнейшего движения.
- А ты не пойдешь? – озадаченно спросил Джим.
- К счастью, нет, – резко отрезал Габриэл.
- Ну и пошел ты, - бросил ему Джим, проходя мимо.
Около входа стоял Адам, скрестив руки за спиной. Его белокурые волосы золотым свечением наполняли светом мрачноватую пещеру.
- Здравствуй, Джим.
- Привет, Адам.
- Предупреждая твой вопрос, я сразу скажу, что позвал тебя прогуляться. Мне показалось это уместным.
- Но, - протянул Джим, - как же работа? Винер будет не рад.
- Я уже договорился, - улыбнулся в ответ Адам. – У меня есть некоторая власть, которая распространяется на Винера. Там все в порядке.
- Ну хорошо. Как скажешь, - Джим пожал плечами.
- Тогда пойдем.
Адам не спеша прогулочным шагом двинулся вперед.
- Видишь ли, вчера мне приснился сон. Из него мне стало очевидным, что нам нужно прогуляться. Я хочу провести тебе небольшую экскурсию.
- Серьезно? Зачем?
- Почему бы и нет, - снова улыбнулся Адам в ответ.
- Почему бы и нет, - повторил слова Адама Джим, будто убеждая себя, что ответ самый подходящий и не требует других объяснений.
Они шли по пещере, которая больше походила на коридор, который соединял другие пещеры-залы. Этот коридор был достаточно темным для того, чтобы Джиму приходилось слегка нагибаться, чтобы смотреть под ноги. Стены были покрыты каким-то составом, который слегка светился сине-зеленым и переливался, когда идешь мимо, хотя видимости это не особенно придавало. Джиму понравилась эта игра света в темноте.
- Как ты себя чувствуешь, Джим? – после двухминутного молчания произнес Адам.
- Почему ты постоянно спрашиваешь про мое самочувствие? Нормально я себя чувствую.
- Рад это слышать, Джим. Не подумай ничего такого, я интересуюсь чисто из дружеских побуждений.
Джиму стало чрезвычайно приятно, когда Адам назвал его своим другом. Он даже загордился.
- Я вижу, ты отреагировал на «дружеские побуждения». Ты неправильно меня понял. Дружба, любовь - все это выдумки, их не существует; иллюзии, созданные ради оправданий. Есть лишь пересекающиеся интересы. К сожалению, это становится очевидным слишком поздно. Когда остаешься наедине с самим собой на краю обрыва. И все те, кто обязал себя моральным долгом оказывать поддержку, поворачиваются спиной, потому что чужие проблемы всегда дальше, чем свои. Одиночество - хоть и не популярный социальный выбор, зато рациональный. Рано или поздно мы все останемся одни. И чем раньше мы это примем, тем менее болезненным будет конец. Однако несмотря на это, поддержка весьма хорошее оружие в этом мире. Ты должен меня понимать, Джим.
Джим загрустил. Ему казалось, что Адам считает его своим другом. Они могли бы вместе горы свернуть. Но это были всего лишь очередные фантазии.
- Ты погрустнел.
- Я думал, мы – друзья, - жалобно проговорил Джим.
- В этом и кроется вся проблема, Джим. В терминологии. Поверь мне, наши отношения – это благо для нас обоих. Пожалуй, не стоит вешать различные ярлыки, как ты считаешь? Наши понятия о дружбе разительно отличаются. И тебе не захотелось бы дружить со мной, в твоем понимании этого слова.