- Где мы? – испуганно спросил Джим.
- Мы в АДу, - мрачно ответил Адам.
- А? – не понял Джим. – А до этого мы где были? В супермаркете?
- Нет, сейчас мы в настоящем АДу. Это его истинное обличие. Все это внешнее великолепие – это обман, иллюзия.
- То есть там все не настоящее, так что ли?
- Настоящее. Вот только АД на самом деле не такой радужный, каким его привыкли видеть.
- Так, стой. Мы у себя видим все радужное, как ты выразился, а чего-то ужасного не видим. А зачем нам видеть это ужасное, если нас все устраивает и без этого?
Адам замолк.
- Потому что ты не видишь картину целиком.
- И что? Что мне даст эта картина?
- Ну, во-первых, необходимо знать, как все устроено, если не хочешь, конечно, сидеть на одном месте всю жизнь. Во-вторых, то, что ты видел в зале суда может случиться с каждым, - Адам выдержал паузу. - В том числе и с тобой.
- Да быть не может. Меня-то за что?
- Попадется такой же, как и ты – усердный, и сразу найдется, за что. Понимаешь?
- Мне кажется, ты на что-то намекаешь.
Адам улыбнулся.
- Пошли.
Адам положил руку на плечо Джима, и они двинулись вперед.
Казалось, они идут сквозь черный океан. Плывут, словно крохотные рыбки в бескрайних водных просторах. Любой звук отдавался ужасающим эхом нечеловеческого происхождения. Джиму стало по-настоящему страшно и невероятно жарко. В горле пересохло, голова пылала, по спине побежали огненные струи пота.
- Жарковато тут, - вымолвил Джим.
- Это только начало, - загадочно ответил Адам.
- Начало? – переспросил Джим. - Начало чего?
- Увидишь.
Джима уже начинали выводить из себя недомолвки. Он ничего не понимал, ужасно боялся, и злость начинала преобладать над всеми другими чувствами. Однако Джим не стал ничего говорить Адаму.
Где-то вдалеке снова прокричала птица. Ее крик еще несколько секунд эхом отдавался в воздухе. У Джима по рукам пробежали мурашки, а волосы встали дыбом. Этот крик был такой отчаянный, в нем было столько боли и страдания. Джим представил, как у птицы-мамы укали птенцов.
- А что это за птицы тут кричат? – спросил Джим у Адама.
Адам проигнорировал вопрос Джима. Он даже не стал обращать на него свое внимание.
Они подошли к освещенному островку. Адам взял один из факелов, что торчали из стены, и Джим ахнул. Пламя держали человеческие кости.
- Ну как, нравится? – заметив ужас на лице Джима, спросил Адам.
Джим стоял с открытым ртом. Откуда тут кости? И зачем надо было их использовать? Неужели нет ничего более практичного? Они шли все дальше вглубь этой огромной пещеры. И чем дальше они заходили, тем жарче становилось, а взгляд периодически падал на этот мерзкий факел. В воздухе то и дело эхом проносились крики птиц. «Как-то много их тут», - подумал Джим.
Спустя еще какое-то время, когда Джим уже потерял всяческий его счет, Адам приказал остановиться.
Они стояли во мраке. Адам поднял факел высоко над головой и посмотрел куда-то налево. Джим присмотрелся. Глаза уже привыкли к потемкам, и он вполне мог различать происходящее. Впереди была небольшая пещера. Джим не поверил своим глазам. Двое в каких-то странных белых балахонах били плетьми молодую женщину. И тут Джим внезапно понял, что никаких птиц тут нет.
Ее крики разрезали Джима пополам точно по середине. Каждый вскрик делал это заново, снова и снова. Джим плотно прижал ладони к ушам, но это не помогало. Адам смотрел на все это ни то с улыбкой, ни то с ужасом, периодически перебирая в руке факел.