Недалеко впереди была толстая решетка, сквозь которую Джим мог наблюдать за тоненькой струйкой живительного света, исходивший от небольшого факела. Периодически до него доносились ужасающие крики. «Опять эти страшные птицы», - подумал Джим. Послышались шаги. Кто-то подошел к решетке, но Джим не мог разглядеть его лица. Таинственная фигура отворила решетку и вошла в пещеру.
- Ну здравствуй, Джим.
- Кто это?
- Ты знаешь, кто я, Джим.
- Я… Я не вижу.
- Не сопротивляйся.
Человек подошел к Джиму и сел на пол. Это был Адам.
- Но… Я видел.
- Действительно, видел.
- Ты призрак?
- Хорошенько они тебя отделали. Призраков не существует, Джим.
- Этого не может быть.
- Понимаю твое разочарование, но придется принять, что их действительно не существует. Прости, не удержался. Почему бы не поломать комедию. Ведь выдался такой чудесный день!
- Что? Я не понимаю.
- Разумеется, ты ничего не понимаешь.
Адам убрал со лба прядь своих великолепных волос и посмотрел на Джима.
Знаешь от кого меня трясет больше всех? От высокомерных снобов, моралистов, которые любят кичиться своей добродетелью, своим особым положением, неким неповторимым познанием и просвещением во всем, где они считают нужным. Меня тошнит от них. Они отвергают циников, как нечто отвратительное, убеждая окружающих и себя в первую очередь, что они не такие. Этим тщеславным, горделивым фальшем разит за версту. На их лицах словно маски: красивые, прелестные и благородные, но посмотрев на них сбоку можно краем глаза увидеть, что под ними находится. Такая же мерзкая, противная обтянутая кожей уродливая гримаса, как и у всех остальных. И именно это и вызывает палящую ненависть. Ведь свое лицо ты видишь каждый день, ты принимаешь его, какое бы отвратительное оно не было. Но глядя на нечто прекрасное, которое на самом деле уродливое притворство, ты просто не можешь это спокойно воспринимать. Понимаешь меня?
- Приблизительно.
- Я это называю пошлым словом: уродомерие. Ты уродомер, Джим?
Джим промолчал.
- Нет, конечно, нет, - продолжил Адам. – А эти беспомощные, заносчивые, жалкие люди все готовы уничтожить, сами не зная зачем. Я создал АД не для того, чтобы вредить, уничтожать, наказывать. Ты помнишь, что в мире нет добра и зла? Есть только поступки и мотивы, которые нам не дано постичь.
- Ты создал АД?
- Конечно я. И я должен поблагодарить тебя. Ты разнообразил мою жизнь. Я порой так от всего устаю, а тут ты. И я решил попробовать развлечь себя. Как же это было здорово!
- Но тебя казнили. Ты убежал со мной, мы хотели идти к этим отбросам и смести все это. Я не понимаю.
Адам понимающе кивнул.
- Должен признаться и сам почти во все это поверил. Ты был так убедителен, что мне все это показалось взаправду. Однако истина такова, что никаких отбросов и в помине нет. Я уничтожил все это в зародыше. Да, безусловно, остались какие-то больные на голову маргиналы, но они не опасны. Скорее наоборот, только играют мне на руку. Все это принадлежит мне, Джим. Я все контролирую, так что можешь не переживать на сей счет.
- Я не могу поверить…
- Мне жаль, что так вышло. Нет, я серьезно, мне жаль. А, кстати, помнишь эти часы? – Адам достал из кармана часы, которые он когда-то подарил Джиму. – Прости, мне пришлось их забрать. Тебе они все равно больше ни к чему. В них так удачно поместился передатчик, который позволял мне быть в курсе всех твоих дел.
- Ах, ты ублюдок…
- Может быть ты и прав. Но чего не сделаешь, когда радость жизни просачивается у тебя сквозь пальцы.