Читать онлайн "К Барьеру! (запрещённая Дуэль) №33 от 17.08.2010" автора К барьеру! (запрещенная Дуэль) - RuLit - Страница 1

 
...
 
     


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 « »

Выбрать главу
Загрузка...

ПЕРВАЯ ПОЛОСА

Уважаемые читатели!

По инициативе главного редактора, ветерана Великой Отечественной войны Николая Петровича Пчёлкина

редакция прекращает выпуск газеты «К барьеру!» и с 24 августа 2010 года начинает выпуск газеты

«Своими именами»

НИЧЕГО НЕ НАДО

«Мне от этой страны ничего не надо», — пишет нам человек из отапливаемой квартиры с электричеством, водопроводом и канализацией.

«Я самодостаточен», — добавляет он, не представляющий, как выращивать картошку, не сшивший себе ни одной рубашки, не строивший дома, не умеющий охотиться, не выкопавший ни одного колодца, да и, наверное, в жизни не начертивший ни одного чертежа. Не владеющий боевыми искусствами, не умеющий лечить, тушить пожары и спасаться от наводнения.

«Я не в смысле всё сам, я в смысле — сам разберусь», — разъясняет он, ещё вчера требовавший от властей «срочно разобраться с терроризмом», «ликвидировать пробки», «приструнить мракобесов», «изгнать чурок», «дать нормального тренера сборной России» и «починить наконец-то интернет». И наверняка потребующий всё это завтра.

«Да не, вы не поняли, — говорит он в самооправдание, — мне не надо, чтобы страна обо мне заботилась. Пусть просто не мешает, пусть просто следит за честностью игры, пусть только ловит убийц и воров, гарантирует исполнение контрактов, строит дороги и содержит армию». После этого он приводит такой перечень того, что государство «просто должно делать», что длине этого перечня начинают завидовать даже социалисты. Складывается ощущение, что государство должно делать практически всё и только одного не делать: не сковывать полную свободу вот этого вот человека лично. Таким образом, сразу понятно: этому человеку совершенно не нужна опека государства. Ему эта страна вообще не нужна. Он сам справится.

«Постойте. Я имею в виду, что всё необходимое я получу в процессе обмена с другими частными предпринимателями, без государства», — сообщает человек, который ездит на работу по государственным дорогам, о строительстве которых он никогда и ни с кем не договаривался. Как не договаривался о прокладке водопровода, строительстве электростанций, организации парков, да что там — даже о вывозе мусора. У человека есть немецкий автомобиль и корейский телевизор, поэтому в глубине души он считает, будто давно уже прервал отношения с «этой быдляцкой страной» и заключил тайную сделку с Цивилизованным Миром. Его автомобиль, правда, питается российским бензином, а телевизор — российским электричеством, однако всё это так же незаметно, как в детстве момент заполнения холодильника едой. Человек при случае вызывает бесплатно пожарных, милицию и «скорую помощь», отдаёт детей в бесплатные школы (ругаясь, что директор осмелился вымогать у родителей деньги — аж несколько тысяч), но это его не смущает.

«А что такого? — интересуется он, — налоги заплатил, теперь имею право пользоваться. У меня эти деньги насильственно изъяли, вот я и вынужден компенсировать». «А не изъяли бы — всё то же самое сам бы купил», — резюмирует он, чьего годового дохода хватит на отплату нескольких квадратных метров шоссе, а если брать сочинские расценки, то и сантиметров. Он ездит почему-то не по двум квадратным метрам, а по всем дорогам сразу. Он не оплачивал проводку персональной канализации ему в квартиру. Не строил персональную электростанцию. Он получает всё это только лишь потому, что много людей одновременно всё это получают. Эти люди и есть — страна. Он крайне сильно связан с этой общностью, поскольку персональное такое же он не сможет оплатить даже за миллион лет. Но при этом вот этот вот гражданин, который достиг трудоспособного возраста в лучшем случае десять лет назад, первые пять лет работы получал чёрную зарплату, а сейчас живёт на серую, уверен, будто тринадцатью процентами с трети своего дохода за последние пару лет он компенсировал обществу все на него издержки. Более того, общество будто бы его ещё и обокрало — не изыми оно у него эти тринадцать процентов, то человек наверняка купил бы себе персональное метро без этих вонючих пассажиров и дороги без пробок.

«Да я у этой страны ничего не просил вообще, — кричит человек в ответ, — был бы выбор, я бы вообще другую страну выбрал. У этой я беру только потому, что меня в другую не отпускают».

Человек, как легко догадаться, видит себя членом жюри на конкурсе красоты. С его точки зрения все страны, как красавицы-конкурсантки, по очереди должны из кожи вон лезть, дабы понравиться этому человеку. И тогда, так и быть, он сделает свой выбор в чью-то пользу. Он не собирается вручать приз, как это делают реальные устроители конкурсов, он даже не собирается оплачивать шикарный космический отель для стран-участниц и специальные солярии планетарных масштабов, нет, страны должны пыжиться перед ним просто за сам факт его существования. Они должны быть ему благодарны за его к ним благорасположение. Они даже за это благорасположение должны до драки конкурировать. Вот и сейчас, утверждая «мне тут ничего не надо», он подразумевает, что в другом месте он обязательно получил бы больше, а спросили бы с него меньше. Например, дали бы виллу на берегу моря, не лишая, само собой, свободы слова и не заставляя работать по двенадцать часов в день. Но раз иного выхода нет, приходится брать тут.

Однако он заблуждается. Страны должны быть ему благодарны и они ему благодарны за прямо противоположное: за то, что он их не выбрал. За то, что он в них, слава богу, не живёт. За то, что он живёт тут у нас, а не там, у них. Вот за это они незримо жмут ему руку.

Каждая страна рада, что она для него не Эта.

Lex Kravetski, http://lex-kravetski.livejournal.com/308611.html

P.S. Крайне занимательно читать людей, которые для себя сразу же открыли главный тезис текста: следует в обязательном порядке хвалить текущую власть. Разумеется, вопрос «а не попытаться ли что-то исправить в стране, в оном исправлении собственноручно поучаствовав?» у означенных граждан даже не возникает. Всё ровно в означенном ключе: либо «мне от страны ничего не надо», либо «я обязан восхищаться тем, что дают». Мыcль «страна — это территория и люди её населяющие, в том числе я», по-видимому, за гранью понимания. Как и мысль «мне нужна моя страна, поскольку без неё я буду жить как дикарь и крайне недолго».

Некоторые — один на тысячу — из описанных тут граждан таки воплощают свои чаяния в жизнь и уезжают туда, где раздаётся куда как более сладкий сахар. Напоследок они говорят: «Спасибо, от этой страны я уже получил, что мог». Но практически никто не скажет: «Тут я сделал, всё что мог». При этом на тему ««сделал» — это не только выкопал канаву, но и «создал справедливое государство»» следует писать минимум десятитомник. Иначе куча народу вообще не поймёт, про что это тут.

ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Харьковский ветеран Иван Шеховцов пожертвовал на сооружение памятника Сталину в Запорожье 50 000 грн собственных сбережений. Выросший в раскулаченной семье, фронтовик, ушедший на войну добровольцем в 17 лет - на груди тесно от боевых наград. Многолетний опыт работы следователем, прокурором и адвокатом. Иван Тимофеевич рассказал о фронтовом прошлом, о послевоенных судебных сражениях за честь Сталина и о том, как уже после войны его практически похоронили заживо. Этот рассказ - для всех, кто хочет, если не понять и принять его позицию, то хотя бы узнать ее...

У Ивана Тимофеевича яркая биография, и она во многом объясняет такое живое участие в деле чествования Сталина. В конце 1929-го семья его деда, которая проживала в Курской области, была раскулачена. Деда, отца, мать и троих детей выслали в Архангельскую область. В ссылке умер от воспаления легких шестимесячный брат Ивана Шеховцова. Потом наступила пора разоблачения перегибов в коллективизации, начался пересмотр дел, и семью освободили как незаконно раскулаченную. Иван Тимофеевич и сейчас убеждён, что раскулачивание и репрессии – дело рук врагов, пробравшихся в ряды Советской власти с целью ее дискредитировать, а также следствие перегибов на местах. Эту точку зрения он не просто излагает окружающим: в конце 80-х он даже участвовал в судебных процессах в Москве, где вступил в спор с журналистами, историками и правозащитниками – и выиграл дело. Произошел однажды и курьезный случай: во время процесса один из ответчиков в своей речи сказал, что Шеховцова нет, он умер. По России пошел слух, опровергнуть который Иван Тимофеевич не мог, так как был не в курсе. Бросили клич – собирать средства на памятник. Скульптор Николай Щербаков даже успел сделать монумент, взяв за основу фотографию Ивана Шеховцова, сделанную во время произнесения им речи на судебном процессе...

     

 

2011 - 2018