– Хорошо, после переговоров я у тебя куплю эти два комплекта и тут на месте рассчитаюсь золотом в слитках, а сейчас я бы хотел обсудить с тобой варианты аренды твоего Иностранного легиона.
Помолчав некоторое время, Бобёр, внимательно взглянув в задумчивые глаза Ханта, произнёс:
– Джери, я, услышав от тебя предложение аренды, многое передумал и пришёл к выводу: в аренду легион я тебе не сдам, даже не надейся. Мало ли как вы его будете использовать, того и гляди, меня как владельца сделают виновным в массовом геноциде, например, или ещё в чем-нибудь в этом роде. Так что мое «нет» однозначно и бесповоротно, что-либо обсуждать на этот счёт не имеет для меня никакого смысла. Другое дело продажа. Иностранный легион для меня сейчас уже непрофильный актив, хотя и весьма ценный, рыночная цена и его капитализация существенна, так что я готов с тобой обсуждать условия продажи, но и только. По старой дружбе я готов сделать некоторую скидку от рыночной цены, но не более того.
– Гм-м-м… Продажа, говоришь… – задумчиво протянул Хант и, помолчав несколько мгновений, ответил: – Неожиданно. Вот так вот сразу я не готов ответить, мне надо проконсультироваться. Давай сюда свои расчёты, люди посмотрят, что ты нам выставил.
– Иди и консультируйся, только недолго, времени у меня не так уж и много свободного. На всё про всё у меня есть два часа, по истечении этого времени я немедленно улетаю, невзирая на то, придём ли мы к соглашению или нет.
– Это не займёт больше двадцати минут, – буркнул Хант и, поднявшись, взял в руку протянутую папку с документами и покинул кабинет.
Вернулся он не через двадцать, а через сорок с лишним минут. Войдя в кабинет, он стрельнул острым взглядом на полковника и, присев напротив него, в глубокой задумчивости потерев подбородок, заговорил:
– Да, Бобёр, озадачил ты нас всех своим предложением, мы рассчитывали на одно, а в результате получаем нечто иное, хотя оно и к лучшему, вот только требования ты выставил совершенно для меня неприемлемые. Во-первых, непомерно дорого, а во-вторых, отзыв наиболее способных офицеров из Иностранного легиона самым серьёзным образом отразится на боеспособности и, соответственно, на цене этого подразделения, да и небоеспособное подразделение нам не очень-то нужно, и без этого своих идиотов более чем хватает, не знаешь уже, куда их девать.
– Послушай, Джери, конкретно адмирала Ивашутина и его людей я в любом случае заберу, но внакладе ты не останешься, там в штабе немало толковых старших офицеров останется из разных стран. В легионе изначально была мною установлена такая кадровая политика, и ты это прекрасно знаешь. Даже если покинут легион полторы сотни тех офицеров, которых я туда назначил на некоторое время, это никак не отразится на боеспособности Иностранного легиона. Хотя нет, признаю, на некоторое время да, в связи с кадровыми перестановками будет происходить неразбериха, но это ненадолго, и что самое главное, я готов лично провести кадровую перестановку, разумеется, учитывая ваши особые пожелания касательно того, каким вы видите для себя Иностранный легион. Что касается цены, то лично для тебя я готов сделать скидку в пятнадцать процентов от рыночной стоимости, на большее не рассчитывайте, я ведь отдаю не только сам легион, но и транспортные корабли, а также несколько сильных эскадр, в состав которых входят полноценные авианосные группы прикрытия. Всё это по нынешним временам идёт нарасхват.
– Не буду спорить, всё так и есть, но всё равно твоя цена даже с учётом скидки слишком велика, предлагаю скинуть тридцать пять процентов, и тогда я готов с тобой заключить договор прямо сейчас, хотя, конечно, даже такая цена будет чрезмерной для легиона, – с кислой миной на лице проговорил Хант, всем своим видом демонстрируя, как будто делает своему собеседнику большое одолжение.
– А вот это уже наглость с твоей стороны, – с ноткой сварливости буркнул Бобёр, – такие условия я не приму никогда, но так уж и быть, двадцать процентов я скину, и это моя последняя цена.
– Нет, так дело не пойдёт, – отрицательно покачав головой, ответил Хант, – так дела не делаются. Тридцать процентов скинь, и мы сойдёмся в окончательной цене.