– Быть может, окружить этот флот минными полями и автоматическими торпедными платформами? – сделал предположение Бобёр, хотя и сам отдавал себе отчёт, что в его распоряжении мин с торпедными платформами очень мало. Тем количеством, что есть в наличии, нанести сколько-нибудь существенный ущерб такому большому флоту было нереально в принципе.
– Мы, конечно, используем мины и торпеды, но это не решение проблемы, на некоторое время мы их задержим, но и только. Тут необходимо иное решение, а вот какое именно, я, честно говоря, теряюсь в догадках.
Внимательно выслушав искин, Бобёр надолго задумался. Он размышлял, как это можно было провернуть, но и опять ответа на столь важный вопрос не видел, слишком силы были несопоставимы.
– Ладно, будем продолжать наблюдение, возможно, случай устроить качественную диверсию сам собой подвернётся, – выдохнул Бобёр, уже полностью сосредоточившись на изучении поступающей информации с малых разведывательных дронов, скрытно прокладывавших маршрут для десантирования диверсионных роботов. Дело было небыстрое, хотя первые выводы можно было сделать уже сейчас, противник был расслаблен и не особо чётко соблюдал требования устава и технических регламентов. Шансы были красиво провести широкомасштабную диверсию, и не такие уж они были мизерные, они были вполне себе хорошие.
Разведывательные дроны в течение нескольких часов проложили несколько относительно безопасных маршрутов, и вот тогда пошли первые три партии десантных беспилотников. Они крались, соблюдая предельную осторожность, и в результате, незамеченные системами объективного контроля, высадили малых диверсионных роботов и незамедлительно полетели обратно за следующей партией.
Диверсионные роботы расползлись в разные стороны, и каждый из них имел свою конкретную задачу, при этом транслируя всё, что попадалось в поле видимости их камер. Первые десантированные роботы должны были подключиться к телекоммуникационным системам промышленного кластера, тянущимся от единого командного центра. Спустя какое-то время диверсионным роботам удалось это сделать, и они запустили трояны, и уже после того, как они начали незаметно внедряться в управленческие сети противника, продолжили проведение разведки с целью выявления не выявленных ранее командных подсистем.
Работа продвигалась медленно из-за острой необходимости соблюдать мощный режим маскировки, и пока это удавалось в полной мере. Усиленные меры предосторожности оказались далеко не лишними, системы контроля и безопасности на столь крупном промышленном кластере были серьёзными, но не без огрехов. Операция продолжалась вполне успешно, шаг за шагом разведывательные роботы подключались к системам управления и запускали в них шпионские трояны, но требовалось время, чтобы они адаптировались и заработали с полной отдачей…
– Наследник, пошла первая информация, – послышался голос Марго, отчего Бобёр, прервав свои размышления, несколько громче обычного дал распоряжение:
– Давай выкладывай, что за информация!
– Значит, так, данный промышленный кластер завершает модернизацию ста двадцати боевых кораблей, а также в ближайшие недели приступит к ходовым испытаниям новых судов в количестве восьмидесяти двух вымпелов. Все они должны поступить в состав формирующегося флота, они должны войти в состав ровно через шестьдесят четыре дня. Грубо говоря, у нас в запасе есть максимум два с половиной месяца, на большее рассчитывать не стоит. По всей вероятности, флот через два с половиной месяца возьмёт курс на Хипори. В общем, у нас не так уж много времени для подготовки широкомасштабной диверсии.
– Да, времени у нас немного, – согласился с выводами искина Бобёр и, выдержав некоторую паузу, поинтересовался: – Марго, есть ещё какая-нибудь информация?
– Есть, но она обрывочна и пока не даёт общей картины, но если удастся обойти системную защиту производственного цикла строительства и модернизации боевых кораблей, то мы сможем на некоторое время задержать их ввод в строй. Пусть даже это будет всего лишь несколько дней, но в нашем положении даже одни отвоёванные у противника сутки позволят нам многое чего сделать.
Бобёр был согласен на все сто, скрытное воздействие на противника куда эффективнее прямого боестолкновения, при минимальных затратах достигается максимальный эффект. Такая стратегия имела массу преимуществ, хотя в ней имелись и свои недостатки. Рассчитывать на победу в войне, опираясь только на диверсии, невозможно в принципе, победа – это совокупность тактических и стратегических решений, ведущих к поражению противника. Не везде и не всегда те или иные решения являются удачными, так как и враг далеко не дурак, мыслить, планировать и просчитывать тоже умеет, но пока им удавалось его переигрывать, и это внушало осторожный оптимизм.