– Мы пойдём за тобой, командир! – резко вскочив, выпалил Корнелиус, приложив раскрытую правую ладонь к сердцу.
– Подготовку надо начинать уже прямо сейчас, времени у нас не так уж и много, – негромко проговорил Бобёр и, помолчав несколько мгновений, задал вопрос: – Кстати, что там насчёт трансляции в режиме онлайн на человеческие миры происходящего сражения в районе Хипори?
Корнелиус потемнел лицом и, тяжело вздохнув, стал отвечать:
– Всё ведущие государства нашу прямую трансляцию блокируют, но всё равно люди находят способы обхода этой блокады и смотрят то, что происходит. Люди знают, что происходит в реальности, и, главное, знают, кто командует флотом, сражающимся с армадой вторжения, пришедшей из людей сделать рабов. Ты, командир, по всем независимым соцопросам сейчас самый популярный человек во всех мирах, причём во много раз обогнавший по своей популярности ближайших конкурентов, оттого они все так и бесятся, словно с цепи сорвались. Ты, командир, стал фактором большой геополитики, и вместе с тобой и мы стали теми людьми, с кем не считаться в принципе стало невозможно.
– В том-то всё и дело… – буркнул Бобёр, особо не разделяя скрываемого восторга своего собеседника. Всё в этой жизни имеет свою цену и, чем выше ты забираешься, тем цена эта возрастает в арифметической прогрессии. Да и цена ошибки соответственно также возрастает неимоверно. Одно дело если сам себе шею свернёшь, а тут ситуация принципиально иная. Свернут шею не только тебе лично, а вообще всем тем, кто, доверившись тебе, пошёл следом за тобой.
Да, теперь с нами не считаться невозможно, а посему в самое ближайшее время наших людей будут пытаться подкупать, перепродавать и ссорить между собой. Нас будут ломать, не гнушаясь самыми грязными приёмами, вплоть до прямой ликвидации. Они не успокоятся, пока мы не исчезнем как серьёзная сила, и они это непременно сделают, если мы остановимся на достигнутом. Именно по этой причине у нас нет иного пути, кроме как идти на Новый Санкт-Петербург.
– Мне в этой жизни терять нечего, у меня нет ни жены, ни детей, да и родителей уже тоже давно нет на этом свете, как и у тебя их нет, командир. Нам обоим терять нечего, как и многим другим, кто пошёл за тобой, так что все пойдут, в надежде хоть что-то изменить в нашей стране, в противном случае наш народ ждёт медленная деградация и трагическая гибель, правда отсроченная по времени, – почему-то полушёпотом высказался Корнелиус, в глазах которого читалась полная и безоговорочная решимость добиться того, что он считал правильным и достойным для применения своих талантов, даже если на кону стояла его собственная жизнь.
С удовлетворением кивнув, полковник поднялся и, одёрнув свой поношенный лётный комбинезон, жёстким тоном распорядился:
– Начинаем подготовку. Через три недели жду от вас черновой вариант нашего похода на Новый Санкт-Петербург.
– Есть, командир!
Изображение Корнелиуса исчезло с экрана, но Бобёр ещё долго стоял и напряжённо размышлял, правильно ли он поступил, вот так вот резко приняв решение идти на столицу. Чем дольше он думал, тем отчётливее понимал, да, он был прав, другого выхода для него не было в принципе. Судьба его сама вела, и он с этой её волей был согласен. Он обязан был это сделать, ведь больше не было никого, кто бы был готов взять на себя такой непосильный груз ответственности за свою страну и свой народ, который он беззаветно любил…
Глава 16
Пятеро суток потребовалось разведывательным дронам на то, чтобы исследовать научно-исследовательский центр и хорошо замаскированную военную базу. Результаты исследования систем охраны и безопасности режимных объектов ничем особо примечательным не отличались, за исключением стен. Наличие высокочувствительных вибрационных датчиков, вмурованных в стены ещё во время строительства, не давали возможности незаметно пробить проход. Без отключения хотя бы одного участка с датчиками было никак не обойтись, так как иного способа проникнуть на хорошо охраняемый объект не представлялось возможным.
Система жизнеобеспечения, охраны и обороны научно-исследовательского центра была автономной, многоступенчатой и хорошо защищённой. Долго ломать голову не пришлось, Бобёр решил воспользоваться сейсмически активными зонами для дестабилизации работы вибрационных датчиков. Для этого пришлось задействовать инженерные роботы и скрытно доставить их на заранее намеченные участки, где они приступили к бурению глубоких шурфов и закладке мощной взрывчатки.