– Не знаю, мне ещё никогда с таким сталкиваться не приходилось, надо собирать данные и их анализировать. Выход непременно должен быть, его надо искать. Быть может, нам удастся найти ответ или хотя бы намёки на него в захваченных материалах научно-исследовательского центра, а захватили мы их очень много, – с некоторой неуверенностью в голосе ответила Марго, сразу выдвинув неплохое в целом предложение.
– Возможно, и так, – согласился Бобёр, ощущая, как от перенапряжения у него начало покалывать в висках и затылке, – но на это слишком надеяться не стоит. Ещё неизвестно, что мы такого ценного захватили и как это можно будет в дальнейшем использовать в наших интересах. Да и времени перебрать интеллектуальные трофеи уйдёт немало.
– Не согласна. Как раз времени для перевода и систематизации данных потребуется немного, а вот разобрать, как и что нам может понадобиться и как это использовать, действительно понадобится какое-то время, но не так уж и много.
Тяжело вздохнув, Бобёр посмотрел на показания работы разведывательных и инженерных дронов, с довольным видом ухмыльнулся. Подготовительная работа практически была выполнена, оставалось доделать несколько технологических туннелей, и можно было приступать непосредственно к захвату секретной лаборатории.
Потребовалось ещё около получаса, и началось бурение стены сразу в нескольких местах, и после того как они были проделаны, была включена полная блокада систем связи. В дело вступили диверсионные дроны, а за ними следом пошли инженерные машины, и спустя несколько минут всё было кончено, началась планомерная эвакуация захваченных трофеев.
Что-либо лично контролировать полковнику не было ровным счётом никакой необходимости, всё прекрасно работало и без его участия, но он по давно заведённой привычке нет-нет да посматривал на поступающую телеметрию. Грузилось научное оборудование, вывозились архивы и базы данных, а также укладывались в криокамеры сотрудники лаборатории, эвакуировались пленные люди. Состояние их было ужасным, над ними проводились безжалостные биологические эксперименты, в живых их оставалось чуть менее двух сотен душ, всем им требовалась медицинская помощь с последующей психологической реабилитацией. На борту яхты для такого количества людей надлежащего оборудования не имелось, пришлось выделить десять наиболее вменяемых человек, доставить на борт и погрузить в медбоксы, а остальных уложить в криокамеры и разместить в грузовых трюмах. Ничем больше этим бедолагам он пока помочь не мог, не располагала яхта техническими возможностями.
– Марго, сколько времени потребуется для приведения в порядок тех, кого мы погрузили в медицинские боксы? – бесстрастно поинтересовался полковник, хотя в его душе бушевала настоящая буря яростного гнева.
– Точно можно будет утверждать только тогда, когда будет завершена полная диагностика, но никак не раньше, чем через две недели, слишком серьёзно пострадала психика этих людей. Похоже, эксперименты шли в области психики и психофизиологии, причём без каких-либо морально-нравственных ограничений, что и привело их к столь тяжёлому психическому и физическому истощению.
Полковник на некоторое время погрузился в себя, обдумывая полученный ответ, после чего, в задумчивости потерев подбородок, вновь задал вопрос:
– Когда ты приступишь к переводу трофейных материалов секретной лаборатории?
– Как только базы данных будут доставлены на борт, а это случится буквально с минуты на минуту, да и вообще через полчаса все трофеи окажутся в наших трюмах. Весь вопрос, куда теперь мы со всем этим добром отправимся.
– Летим на Надежду. С таким грузом только туда, не на Бастион же лететь, там ведь нет такого мощного научного потенциала, да и куда безопаснее будет, так как координаты планеты никто не знает. Во время перелёта попытаемся разобраться с тем, чем мы завладели, вдруг да какой-нибудь толк для нас будет, – отозвался полковник спустя несколько мгновений и вновь умолк, переведя свой взгляд на экран, где велась трансляция отлёта последней партии загруженных богатыми трофеями грузовых дронов.
– Наследник, похоже, у нас проблемы… – неожиданно послышался приглушённый голос Марго, в котором ощущалась настоящая тревога.
Резко оторвав свой взгляд от трансляции, полковник посмотрел на изображение Марго и, чуть поджав губы, негромко поинтересовался:
– Проблемы какого рода?
– Нас засекли. Не знаю, каким образом, но наши координаты стали известны двадцать шестой эскадре противника. Адмирал, командующий этой эскадрой, получил команду начать немедленное преследование. Оторваться мы, разумеется, успеем, но вот откуда они узнали наши координаты, вопрос, конечно, интересный.