Приняв решение, генерал-лейтенант собрался и, покинув свой рабочий кабинет, направился на взлётно-посадочную площадку, где его ожидал служебный глайдер. Расположившись в удобном кресле, Корзун отдал команду пилоту лететь на Валдайскую возвышенность, где располагался уединённый монастырь. Все два часа полёта, Корзун напряжённо размышлял насчёт возможного бракосочетания Командующего, но так и не пришёл к какому-либо однозначному выводу, слишком всё выглядело неоднозначно. Казалось бы, нет ничего проще, но нет, всё было далеко не так просто, кого попало в невесты, не назначишь. Быть может, желающих семейств породнится, будет, хоть отбавляй, но ведь тут необходимо, чтобы и Командующий воспринял должным образом с особым тщанием отобранную невесту….
Глайдер подлетел к монастырю и на мгновение, зависнув над взлётно-посадочной площадкой, медленно опустился в начертанный круг и спустя несколько мгновений аппарель открылась. Дождавшись, когда она откроется полностью, генерал-лейтенант повелительным жестом остановил телохранителей и неторопливо направился к центральному входу, возле которого уже ожидали двое встречающих его монахов. Выждав несколько мгновений, они пошли навстречу старшему офицеру и, остановившись в двух шагах от него, один из них, с настороженностью в голосе заговорил:
— Здравствуйте Вениамин Павлович. Надеюсь, ничего экстраординарного не случилось или всё же произошло?
— К сожалению, случилось, — с глубоким вздохом отозвался генерал, — и это надо обсудить с митрополитом Новгородским и Старорусским Исидором, мне срочно требуется его совет.
— Хорошо, — спустя несколько мгновений отозвался монах крепкого телосложения, — следуйте за мной господин генерал.
Проследовав за монахом, Вениамин Павлович прошёл через распахнутые врата и спустя несколько минут оказался возле массивной двери, ведущей в монастырскую библиотеку. Сопровождающий его монах открыл дверь и жестом предложил войти. Благодарно кивнув, генерал-лейтенант вошёл внутрь и прошествовал к столу, за которым сидел и читал древний на вид фолиант очень пожилой мужчина в простой рясе. Пройдя вперёд несколько шагов, Корзун остановился и негромко произнёс:
— Добрый день Ваше Преосвященство.
— День добрый Вениамин. С делом пришёл, аль по старику соскучился, успел? — C лёгкой усмешкой поинтересовался митрополит, взирая на нечаянного посетителя, с которым он был знаком очень давно.
— По делу, но и соскучится, успел, как, ни как, а виделись мы с вами довольно давно. — Выдохнул Корзун с хмурым выражением лица и, чуть отвернув свой взгляд в сторону, добавил:
— Ваше Преосвященство мне требуется ваша консультация по весьма щепетильному делу, которое касается буквально всех нас, я имею в виду нас как граждан России.
Удивлённо приподняв правую бровь, митрополит Исидор внимательно вгляделся в лицо генерала и через некоторое мгновение тяжело вздохнув, предложил ему присесть напротив него. Корзун подойдя к лавке, остановился на короткое мгновение и резко присев, нахмурился, собираясь с мыслями перед серьёзнейшим разговором.
— И что же это за дело такое, которое касается всех нас и, не преувеличиваешь ли ты вообще? — Продолжая внимательно наблюдать за реакциями своего нежданного визитёра, поинтересовался Исидор.
— К сожалению, нет, — выдохнул генерал, — вопрос действительно очень серьёзный, речь идёт о небезызвестном господине Боброве, под командованием которого боевые отряды ведут вполне успешные сражения с армадой вторжения.
— Знаю такого, мы все молимся за него и его доблестных воинов. Вот только я всё никак не могу понять, в чём здесь проблема? — Сдерживая удивление, поинтересовался митрополит, пытаясь разобрать причины столь глубокого беспокойства первого заместителя начальника Генерального штаба.
— Ваше Преосвященство, всё дело в том, что этот парень, быть может, сам не отдавая себе в этом отчёт, стал не просто существенным фактором большой политики, он стал тем, кто её формирует сейчас. Да, в средствах массовой информации об этом человеке практически ничего не сообщается, цензура работает на славу, но, тем не менее, слухи о нём и его армии дошли до самых низов. По сути, если он, вернувшись на Новый Санкт-Петербург, бросит клич, народ за ним пойдёт и без всяких сомнений он в состоянии взять власть в свои руки. В принципе мало кто против этого будет возражать, вдоволь нахлебавшись тем бардаком, который происходит сейчас на наших глазах, вот только без радикальной перестройки политической системы в перспективе ничего существенно не изменится. Всё будет продолжаться, так как оно идёт сейчас, разве что антураж изменится, да и то на довольно непродолжительное время.
Тонко усмехнувшись, митрополит Исидор пристально вгляделся в глаза генерала и, помолчав несколько мгновений, тихим голосом задал ему прямой вопрос:
— Вениамин, ты случаем, не восстановление монархии ли имеешь в виду?
— Да. — Спустя минуту напряжённого молчания односложно ответил он, неуютно ощущая себя под пронизывающим взглядом одного из самых влиятельных священнослужителей Русской православной старообрядческой церкви.
— Менять социально-политическое устройство говоришь…. -Протянул Исидор и, поведя плечами в стороны, негромко задал своему собеседнику вопрос:
— Ты точно это имеешь в виду или нечто иное?
— Именно об этом и идёт речь. — Подтвердил Корзун, хотя далось ему это признание очень непросто.
Митрополит, тяжело вздохнув, медленно поднялся с деревянной лавки и пройдясь вдоль стола, взглянул в стрельчатое окно и неторопливо заговорил:
— Мысль твоя конечно интересная, но она далеко ненова, её уже не первое столетие муссируют все, кому не лень. Есть у неё убеждённые сторонники, но и противников хоть отбавляй. Мало того, есть старые семейные аристократические рода, которые на царский трон своих отпрысков возвести страстно мечтают и для этого различные махинации учиняют. Им в этом негласно содействуют не только наши доморощенные нувориши сиволапого происхождения, которые в глубине души мечтают в наследственную элиту пролезть, но и внешние силы, которые друзьями нашего народа никогда не были и никогда ими не станут….
Медленно подойдя ближе к окну Исидор, задумчиво вглядевшись вдаль, огладил окладистую бороду и таким же спокойным голосом продолжил свою речь:
— Да, они имеют кое-какие юридические основания занимать престол и продолжить монаршую династию, но есть во всей этой истории один немаловажный момент. Все эти деятели давно и безнадёжно в глазах нашего народа потеряли даже крохи легитимного права, так что речь может идти только о создании совершенно новой династии и в этом-то и заключается самая главная трудность.
Генерал Корзун, внимательно вслушиваясь в слова митрополита Исидора, напряжённо размышлял. Озвученное Его Преосвященством и так хорошо знал, и понимал, но вот последняя его мысль вызвала в нём немалое беспокойство. Появление новой династии неизбежно должно было привести к суровой сваре в элитной среде, а это никогда ни к чему хорошему не приводило….
— Насчёт тех проходимцев, которые метят на монарший престол мне хорошо известно, также известны и те силы, которые за ними стоят. Только мне не совсем понятно, почему создание новой династии является такой уж большой трудностью. — Таким же точно тоном проговорил генерал Корзун и, поднявшись с лавки, подошёл к митрополиту и встал с ним рядом у окна. Исидор, продолжая всматриваться куда-то вдаль, стал обстоятельно отвечать:
— Основатель новой монаршей династии, во-первых, непременно должен быть послан нам свыше и по этой причине будет являться сакрально значимой личностью для всего нашего народа. Есть и ещё один наиважнейший момент. Будущему сакральному монарху нужна ещё и спутница-царица, но женщина эта не может быть рядовой особой. Таких женщин, наделённых силой крайне мало в каждом поколении, вот именно они и дают своему мужчине-творцу энергию, и они же дают жизнь новой династии. Чем сильнее и праведнее она будет, тем сильнее и многочисленнее будет монарший дом, которому предстоит править Российской империей, не каких-то там жалких десятки лет, а многие и многие сотни лет. Женщин таких наделённых божественной энергией называют по-разному, одно из их названий — магирани. Мужчин же творцов, принимающих от своей женщины транслируемую энергию, называют посланниками божьими или архатами. Они разные, что архаты, что магирани и вся проблема в том, что найти им друг друга очень сложно, да ещё к тому же многие архаты отказываются от своего дара и избегают предназначенных им магирани. Результат печален, никто из них от этого счастливым в жизни не становится.