Эмоциональная и предельно откровенная речь Верещагина до глубины души впечатлила Бобра. Адмирал был абсолютно прав, армия, которую он своими собственными руками создал, была армией отверженных и неприкаянных, но при этом в этой армии сдавшихся и сломавшихся под тяжестью трудной судьбы не было, хотя…. Быть может кто-то из них и сломался когда-то, но неожиданно увидев свой шанс, они решительно и бесповоротно ухватились за него и теперь всех этих людей было не остановить. Они стали реальной силой, с которой никто в этом мире не считаться уже позволить себе не мог. Более чем солидный результат для армии отверженных и неприкаянных в прошлом людей, особенно учитывая, за какой короткий промежуток времени, армия эта была создана практически с нуля и, сходу приняв боевое крещение, показала себя как реально грозная и боеспособная сила.
— Да, вы правы, мы армия отверженных, но не обречённых! В нас яростно пылает жажда победы, и мы её добудем, но не любой ценой, такая победа для нас будет пирровой, наша задача не просто добыть решительную победу с минимальными издержками, наша задача выиграть войну и сохранить нашу мощь. Мы обязаны сохранить себя для будущего, не хотело бы чтобы, итогами нашей будущей победы воспользовались англосаксы, как это было в нашей истории неоднократно. — С металлом в голосе проговорил Бобёр, устремив тяжёлый взгляд на адмирала Верещагина, который неожиданно для самого себя встал по стойке 'смирно' и преданно пожирал глазами своего командующего.
Бобёр умолк, размышляя о предстоящих задачах и целях, которые требовали своего разрешения. Победа в войне с армадой вторжения — это лишь определённый этап, необходимо было ещё и сурово наказать агрессора пришедшего поработить человечество. Необходимо было у врага раз и навсегда отбить охоту повторять нечто подобное вновь. Нужна была Реконкиста, большой поход в логово врага, но до этого было ещё далеко, а сейчас надо было сосредоточится на захвате Новой Тортуги и Хипори с последующим удержанием этих стратегически важных направлений. Сопротивляться враг будет отчаянно, это вопрос выживания для него….
— Командир, мы непременно справимся и покажем армаде вторжения большую такую кузькину мать, от которой врагу ой как долго будет болезненно икаться! — С пылающим взором, яростно взревел Верещагин, крепко сжимая немалые свои кулачищи способные скрутить в бараний рог настоящую кованую подкову.
— Я в этом нисколько не сомневаюсь Василий Петрович. — Негромко отозвался Бобёр, вновь себя, ощущая не очень хорошо, его вновь начало подташнивать и, с этим надо было срочно что-то делать. В таком состоянии идти на штурм никуда не годилось.
— Да, и вот ещё что, вышлите мне ваши координаты, я немедленно вылетаю к вам. — Распорядился Бобёр и, попрощавшись с адмиралом, отключил связь и присел, прикрыв глаза, негоже было видеть Верещагину его слабость, тем более в преддверии грандиозного контрнаступления на врага, чтобы тем самым не подорвать боевой дух личного состава.
— Наследник, тебе необходимо срочно ложиться в медицинский бокс на излечение. — Настойчиво потребовала Марго, с немалым беспокойством сканируя тяжёлое физическое состояние своего подопечного.
— Надо, — согласился Бобёр, — но несколько позже, а сейчас выведи мне все материалы, которые выслал мне адмирал Верещагин.
С неудовольствием Марго покачала головой, но была вынуждена, подчинится и вывела на экран несколько вариантов плана штурма Новой Тортуги и Хипори. Бобер, тяжело вздохнув, взялся внимательно их просматривать и сопоставлять. Различия были, причём достаточно серьёзные, учитывающие всевозможные факторы, в том числе маловероятные. Штаб флота под командованием Верещагина, знал толк в своём деле и основательно проработал предстоящую атаку, учитывающую буквально все возможные варианты, вот только всё это были, по сути, наброски, так как имелся достаточно существенный пробел из-за недостатка разведывательных данных. Особой проблемой это не являлось, для столь квалифицированных штабистов внести соответствующие коррективы не составляло труда, были бы в наличии необходимые данные….
Провозившись более чем два часа, Бобёр грузно поднялся и, хотел было сделать шаг, но вдруг зашатался и чуть не упал, голова кружилась невероятно. Постояв в недвижимости несколько мгновений, он, ощутив нестерпимую горечь в горле, поднял свой взгляд на Марго и очень тихо заговорил:
— Да, похоже, действительно необходимо срочно в реанимационную камеру ложиться, а то что-то мне совсем уж худо делается.
— Давай-давай, лечиться тебе надо. За время перелёта подлатаем твою тушку, будешь как новенький. — В нетерпении проворчала Марго, опасаясь, как бы её подопечный не передумал и вновь не отложил столь ему необходимую медицинскую процедуру очищения организма от вредоносного токсина и регенерации повреждённых тканей, а также восстановления иммунной системы.
Согласно кивнув, Бобёр нетвёрдым шагом направился в медицинский блок, время от времени останавливаясь, чтобы отдышаться, с каждым пройденным шагом, ему становилось всё труднее и труднее дышать. Мутилось в голове и, усиливающаяся тяжёлая отдышка изматывала, но он целенаправленно шёл и шёл, пока не добрался до необходимой двери. Она открылась, и Бобёр вошёл и, медленно скинув одежду, прилёг на выдвинувшийся из камеры лежак и спустя пару минут погрузился в глубокий сон.
Глава 9
Сознание после глубокого сна вернулось мгновенно. Не открывая глаз, Бобёр прислушался к себе и ощутил лёгкость во всём теле, лечение явно пошло ему на пользу. Приоткрыв веки, он осмотрелся и осторожно поднявшись, подошёл к дивану, на котором валялась его разбросанная одежда, и стал одеваться. Натянув комбинезон, Бобёр покинул медицинский отсек и направился в рубку. Дышать было легко и свободно, голова не кружилась и, больше не подташнивало, древнее медицинское оборудование было абсолютно исправно и работало выше всяческих похвал и это не могло не радовать.
Войдя в рубку, Бобер, еле слышно насвистывая любимую мелодию, подошёл к креслу пилота и присев в него, заговорил:
— Спасибо тебе Марго, подлечила меня, теперь уже можно в полную силу текущими делами заняться.
— Наследник, я бы на твоём месте не торопилась с выводами, я понимаю, твоё состояние серьёзно улучшилось, но это временно, предстоит долгая реабилитация с прохождением утомительных процедур восстановления твоего биологического тела. Тебе необходимо было сразу на борт направляться, так как местные медицинские технологии серьёзно отстают. Трёхчасовые процедуры для полного восстановления необходимо будет проходить через каждые два дня, так что отлучаться с яхты надолго тебе категорически нельзя. — Охладила его пыл Марго, с сочувствием взирая на побледневшее лицо своего подопечного.
— Неужели всё так серьёзно? — Спустя несколько мгновений поинтересовался Бобёр, волевым усилием справившись с нахлынувшим на него сильным волнением.
— Более чем, — призналась Марго, — применённый токсин крайне редок и очень опасен, механизм его действия так до конца и не изучен, но излечиться от его воздействия на организм вполне реально, но это дело не быстрое и займёт не менее полугода, да и, то только здесь в медицинском боксе.
— Надо, значит надо, буду проходить курс реабилитации и соблюдать рекомендации, всё равно-то мне деваться некуда. — Выдохнул Бобёр с некоторым разочарованием, полгода безвылазно провести на борту яхты в одиночестве было ещё тем удовольствием, но и другого выхода у него не имелось вообще. Так сложилось и ничего теперь не поделаешь.
— Это верное решение наследник, — с удовлетворением отозвалась Марго, — тебя ждёт впереди очень много важных дел и поэтому ты обязан быть в надлежащей физической, интеллектуальной и духовной форме.
— Спорить глупо, всё так и есть на самом деле. — Пробурчал себе под нос Бобёр и, помолчав несколько мгновений, поинтересовался:
— Да, кстати Марго, а сколько времени я провалялся в небытии?
— Чуть более ста семидесяти часов шли процедуры первичной реабилитации и прошли она отлично, но это лишь начальный этап, следующие, правда не будут такие длительные, по времени где-то час, но не всегда, всё будет зависеть от общего состояния твоего организма на тот или иной момент.