– Мальдивы не хочу, – сморщила я носик, пристраиваясь поудобнее, чтобы мечтать с комфортом. – Хочу куда-нибудь за Урал… – Рома удивленно вскинул бровь, а я слегка ухмыльнулась произведенному эффекту и принялась фантазировать дальше: – Чтобы была ранняя осень, когда еще не слишком холодно, но уже невероятно красиво. Мы бы поселились в каком-нибудь маленьком отеле, с приветливым хозяином и хорошей шумоизоляцией, – Рома хрюкнул, а я хихикнула и быстро поцеловала его в щеку, чтобы не сбиться с мысли, – или в отдельном домике, с большой открытой верандой с уютной плетеной мебелью. Чтобы можно было завернуться в плед и выйти на улицу с чашкой кофе.
– В один на двоих, – поддержал он и притянул меня к себе, обняв покрепче. – Удивила. Ты – удивительная. И я тебя люблю, – я замерла, смакуя момент, и задержалась в этом состоянии слишком долго: он аккуратно меня потряс и спросил слегка недовольно: – Ты уснула там что ли?
– Показалось, что умерла, – ответила тихо, – сердце чуть не выпрыгнуло, а потом резко встало… – еще помолчала и сказала, впервые в жизни: – Я тоже тебя люблю.
Он шумно выдохнул и попытался обнять еще крепче, но это было уже просто невозможно. И тогда он начал меня целовать, а я замирала от каждого прикосновения, дурея от счастья. Я растворялась в нем, меня самой почти не осталось. И это бесформенное нечто и осталось, когда в один день его вдруг не стало.
Боль снова вернулась, возвращая в реальность и меня. Я с удивлением обнаружила себя все так же стоящей напротив фотографий, только было уже совсем темно: в комнату лишь пробирался свет от фонарей с улицы. Посмотрела на часы и скривилась: восемь. Понуро опустила голову и пошла переодеваться: вряд ли в ресторане сильно обрадуются, приди мне в голову идея притащиться в пижаме. Впрочем, подруга меня в таком виде даже в такси не пустит.
Я посмотрела на себя в зеркало и криво усмехнулась: глаза красные и опухшие от слез. Сейчас снова начнется допрос с пристрастием, если срочно не принять экстренных мер. Я довольно долго умывалась холодной водой, практически ледяной, потом в ход пошли капли в глаза, которыми иногда пользовалась перед приходом Никиты. Стало получше, но, если по-честному, не слишком. Пришлось накраситься, итого на все про все ушло около часа, я спустилась вниз и с удивлением увидела два темных силуэта за окном, приседающих и топчущихся на месте. Свет включать не стала, обулась, накинула пальто и сразу вышла.
– Да наконец-то! – взревела Ольга, а Тамара подошла осторожно и заглянула в глаза, спросив:
– Ты в порядке?
– Конечно, – ответила слегка удивленно и закрыла дверь на ключ. – Долго собиралась, извините. Давно ждете?
– Важно не время, а сам факт… – пробормотала подруга растерянно. – Такси отпустили, придется вызывать другое.
Я кивнула и полезла за телефоном, но Оля подняла вверх руку, и я увидела, что она уже звонит, сурово хмурясь. Носы их были чуть красными от холода, который опустился под вечер, я застыдилась и предложила:
– Может, зайдем погреться?
– Коньяк, – заявила Оля, – без кофе.
На том и порешили, отпустив еще одно такси, а потом еще одно и в ресторан, в итоге, подъехали часам к одиннадцати. Едва успели рассесться и заказать еды, прямо под закрытие кухни, как свет приглушили и началась ночная программа: заиграла непринужденная музыка, на столах зажгли свечи, а роскошный рояль прямо по центру зала, напротив, подсветили мягким светом.
Я любила это место, раньше. Мы несколько раз бывали тут с Романом, о чем подруги, конечно, не знали, иначе не потащили бы в мою же кроличью нору. Тамара после коньяка немного приуныла и завела свою старую песню о главном, которую Ольга неизменно поддерживала, каждый раз искренне сокрушаясь мужскому коварству. Я лениво жевала и таращилась на рояль, снова погрузившись в воспоминания.
– Чего ты его гипнотизируешь? – спросил Рома, находясь всего в паре сантиметров от меня, и я почувствовала на щеке его горячее дыхание, слегка улыбнувшись и прикрыв глаза.
– Когда-нибудь узнаешь, – ответила туманно и развернулась к нему, чтобы смотреть в глаза.
О, эти глаза… полные любви, искрящиеся, манящие. Сейчас, однако, смотрящие с хитрецой.
– Умеешь играть? – спросил, слегка сощурившись.
– Не в совершенстве… – замялась, смутившись, – но да.
Вдруг показалось, что он и впрямь прошел мимо того самого рояля. Я резко мотнула головой и зажмурилась, прогоняя очередное видение. Как знала, что не следует выходить из дома… Так можно и в психушку загреметь.