— Полный аут, — растерянно пробормотал Семен. Затем он опустился на одно колено и стал рассматривать следы на песке, потом снова поднялся и громовым голосом заревел:
— Скауты! Подъем!
Его крик мог бы поднять и мертвого, поэтому очень скоро из палаток появились взлохмаченные ото сна головы ребят, а через минуту все они собрались на прибрежной отмели. Все, да не все. Не хватало двоих: Сереги Лыкова и Женьки Григорьева.
«Вот тебе и узоровцы», — в очередной раз подумал Сема.
— Так, — не пожелав никому доброго утра, сразу обратился он к ребятам, — кто знает, где Лыков и Григорьев?
Скауты молчали, переминаясь с ноги на ногу и ежась на прохладном утреннем ветерке.
— А что такое-то? — спросил за всех Димка.
— А то такое, что исчезла «Барракуда» вместе с этими двумя разгильдяями.
— Может, рыбу поплыли ловить? — робко предположила Наташка.
— Рыбу? — грозно переспросил Семен. — А удочки здесь оставили? — И он указал на обе удочки, валявшиеся на песке рядом с тускло поблескивающим на утреннем солнце боком «Зеленого змия».
Никто не нашелся, что сказать. Лишь Димка усиленно зачесал в затылке, такая уж у него была привычка в сложных ситуациях.
— Ну, кто знает, где они? — еще раз переспросил Семен.
Ответом опять было дружное молчание. Семен безнадежно потряс головой, повернулся к ребятам спиной и, уперев руки в бока, уставился в беспроглядную муть серого тумана, нависшего над Шойной. Он и вправду не знал, что делать.
Через минуту Семен обернулся, ребята все еще молча толклись у него за спиной.
— Ну, будем ждать этих самодеятелей, — сказал он. — Катитесь по палаткам. А вернемся в Москву, я их отчислю из клуба к чертовой бабушке.
Ребята пошли досыпать или обсуждать случившееся, а Семен теперь проснулся и даже согрелся окончательно. Чтобы не думать о том, где путешествуют на «Барракуде» два его скаута, он решил пустить жизнь по накатанному руслу. Сначала сделал, как всегда, зарядку, а потом, покидав обе удочки, булыжник-якорь и заготовленную наживку на дно оставшейся байдарки, спустил ее на воду, влез туда сам и, оттолкнувшись веслом, отправился на рыбалку.
Однако рыбу Семен спокойно ловить не мог. Он то и дело вглядывался в пелену тумана и прислушивался к плеску воды, стараясь разглядеть силуэт лодки с самовольно покинувшими лагерь ребятами или хотя бы услышать работу весла. От Женьки с Серегой он такого не ожидал. Наоборот, он на них рассчитывал, и на тебе. Он ни на секунду не допускал, что ребята просто сбежали. Слишком хорошо он их знал, своих соседей по Узорову. Сбежать, бросив товарищей, они не могли. Не такие ребята. Скорее им пришла в голову какая-то авантюрная шальная мысль. Вот где они теперь? Хорошо, если подались на тот берег за грибами, а если еще куда? Не дай Бог, по примеру их знакомого детектива-любителя Сашки Губина решили выяснить, кто лодку расстрелял! Когда их ждать? Где искать? Все эти вопросы не давали Семену покоя.
— Сволочи, — пробормотал он и зло бросил удочку на дно лодки.
Все ж Семен вернулся к прерванному занятию и взялся за весло, только поймав пять окуней. Оставить ребят совсем без еды было бы неправильно.
Когда Семен возвращался в лагерь, стало уже совершенно очевидно, что ни на реке, покуда только можно было видеть, ни на другом берегу нет ни «Барракуды», ни скаутов. Настроение это Семену не улучшило.
Не вернулись они и на берег Чертова угла, зато все остальные ребята собрались у костра и тихо переговаривались.
— Дежурные кто? Принимайте улов, — крикнул Семен, выкидывая одного за другим окуней со дна байдарки.
Ко всему прочему оказалось, что дежурить в этот день должны были именно пропавшие.
— Я сварю, — кротко сказала Наташка и стала подбирать окуней при помощи подоспевшего Кости.
Семен молча сел у костра. Ничего не оставалось, как ждать. По крайней мере какое-то время. Если пропащие не объявятся до полудня, Семен решил пускаться на поиски.
Тихо было в Чертовом углу. И утро само было тихим, и ребята не шумели, как обычно. Ведь Женька с Серегой были чуть ли не главными заводилами.
Семен озабоченно раздумывал, какие меры предпринять в случае необходимости поиска, когда на плечо ему легла чья-то рука. Он обернулся. Рядом стояла Наташка.
— Сема, — тихо сказала она, — тут Костя хочет тебе что-то сказать.